Я поддал газу, оглядываясь назад и видя, как на полосе примятого подлеска остается призрачный волк. Одна надежда, что «Див» не бросится следом, избрав своей целью «лису» или меня, а обратит свое внимание на преследователей.
Оборотень зашипела. Я ощутил, как она опять выпускает когти. Но огненный призрак не кинулся следом, оставался на месте. Мы удалялись, а Бродяги приближались, уже слышался отчетливый лай гармов, шум техники и хруст ломаемых ветвей. Когда эти звуки прервались беспорядочной стрельбой, стало ясно, что задумка сработала.
И если с погоней нет Оскала, скорее всего, мой «Див» вырежет их всех.
Ховербайк начал чихать и терять мощность буквально через несколько минут. Видимо, множество попаданий, изрешетивших кормовую часть, не прошли даром. Я остановил его на склоне сопки, скатился вниз, тяжело и прерывисто дыша. Короткая, но нервная поездочка далась не очень легко.
— Бежать! Быстро!
Рядом появилась «лиса», неотрывно смотрящая на меня зелеными фонариками звериных глаз.
Она опять пришла в норму, раны и ожоги практически затянулись. Сейчас, здесь, в лесу, она может легко уйти от погони. В отличие от меня…
— Я! Садись. Быстро! — прорычала она, снова превращаясь в огромного гибкого зверя, одновременно напоминающего тигра, рысь и лисицу. Я и сам не понял, как оказался сидящим у нее на спине. Успел только отчаянно вцепиться в светлую гриву, чтобы не свалиться, когда оборотень длинными прыжками понеслась в глубину леса.
Глава 5
«Лиса» оказалась совсем не предназначена для перевозки пассажиров.
Шерсть, под которой двигались упругие пласты мышц, была густой, жесткой и колючей, постоянно выскальзывала из рук. Игловидные выступы, тянувшиеся вдоль хребта, не давали нормально устроиться на спине. Каждый раз, когда оборотень делала длинный прыжок, я ожидал, что не удержусь верхом на гибком звере и сорвусь вниз, в мелькающую зелень подлеска.
Она двигалась очень быстро. Промчалась по лесу, сумасшедшим длинным прыжком пересекла большой каменистый овраг и ловко поскакала по камням бурного потока, несущего свои воды между серых валунов.
Грамотно, я понял, что она пытается запутать следы, опасаясь дальнейшей погони. Звериный инстинкт или человеческая расчетливость?
Адреналин схватки и первых минут безумного бегства проходил. Мы сбежали, мы свободны, это великолепно, но стоит подумать, что произойдет дальше. Ведь Бродяги стопроцентно будут преследовать нас.
