Стелларлун

Кроме того, она определенно слышала шепот, когда сидела одна в учебном зале накануне… и когда стояла одна во время ориентации.

Декс и Биана также все утро бросали на нее обеспокоенные взгляды после того, как она решила поиграть с другой командой во время физкультуры.

Софи чувствовала себя неловко из-за того, что игнорировала их. Но… она не была готова говорить о том, что произошло, и знала, что у них будет вопросов.

Она также была почти уверена, что если бы сейчас приблизилась к Фитцу, то закончила бы тем, что ударила бы его, как урода.

Девушка крепче сжала поднос, металл слегка деформировался от дополнительного давления.

После того, как Софи изо всех сил боролась за то, чтобы уберечь своих друзей от опасности, и как сильно они все настаивали на участии, она не могла поверить, что Фитц обвинил ее в попытке кого-то убить.

Означало ли это, что он также винил ее в травме своей ноги?

А шрамы на руках Бианы?

И…

— Э-э, ты меня слышала? — спросил знакомый голос, вырывая Софи из ее мысленного гнева.

Она моргнула и обнаружила, что Дженси смотрит на нее снизу вверх, сдвинув брови.

— Прости, — пробормотала она. — Что ты сказал?

— Я сказал, конечно, ты можешь сесть здесь. — Он махнул руками в сторону пустых мест вокруг него. — Выбирай сама.

Софи вздохнула с облегчением и опустилась в кресло напротив него.

— Спасибо."

"— Конечно. Без проблем.

Софи чувствовала, что он изучает ее, пока ковыряла в тарелке лист зелени, которую приняла за какой-то салат, но когда откусила кусочек, на вкус он был точно таким же, как курица в кисло-сладком соусе.

И она была полностью готова к тому, что ее засыплют фирменными скорострельными вопросами Дженси, обычно задаваемыми в таком темпе, что она гадала, сколько сахара он съел.

Но парень оставался нехарактерно молчаливым.

Откусив еще несколько кусочков, Софи взглянула на него сквозь ресницы.

Он выглядел иначе, чем в последний раз, когда они виделись.

Его круглое лицо заострилось вокруг линии подбородка, и у нее было ощущение, что, когда он встанет, то будет выше, чем она помнила.

Но настоящей переменой была улыбка.

Широкая ухмылка Дженси обычно растягивалась от уха до уха. Но когда их глаза встретились, уголки его губ едва приподнялись.

— Извини, — снова сказала она, понимая, что ее недовольство, вероятно, заставляло его чувствовать себя неловко. — Я просто… у меня была странная неделя.

— Понимаю, — ответил Дженси, ковыряясь в рыхлой на вид лепешке, которую выбрал для своего обеда. — Соглашусь.