Токсоплазмоз – что может быть интереснее с утра в понедельник?
Через пять минут после звонка явился Вильям, и я вылезла к нему навстречу, кутаясь в кардиган.
– Спасибо, что не дал замерзнуть, – сказала я.
– Спасибо, что подвезла, – ответил он.
– Не за что, – ответила я и сунулась было обратно в салон дочитывать конспект, но Вильям коснулся моего рукава и спросил:
– Лори, что ты решила с переездом?
– Я съезжаю, Вильям. Не могу остаться…
Он ничего не ответил. Просто прикрыл глаза и молча покачал головой, словно слышал полнейшую чушь.
– Ладно. По крайней мере я попытался. Но Бекс расстроится. Ты же понимаешь?
Я молча кивнула, опуская глаза. «Главное, что не расстроишься ты».
– Ну тогда… Прощай? Спасибо за все, что ты сделала. Я про тот день, когда я слег с ожогами. И про перевязку…
– Все что угодно, лишь бы мама была спокойна, – вернула я его фразу.
– Именно.
– Если что, обращайся. Я соглашусь быстрее, чем любой серийный маньяк, – грустно улыбнулась я.
Вильям замер и всмотрелся в мое лицо.
– Теперь ясно, в чем причина этого побега.
Ты слышала наш с Бекки разговор.
– Да, прости, – вздохнула я. – Но у меня больше нет ни обиды, ни гнева. Только желание поскорее избавить вас всех от моего присутствия.
– Лори…
– Все так, как и должно быть! Я была безумным ребенком и конкретно облажалась. Ты пострадал и не можешь простить. Я все понимаю. Незачем больше мозолить друг другу глаза…
– Я простил.
– Что? – заморгала я.
– Я простил. Давно. Ты изменилась, и мне не сразу, но все же хватило ума осознать это.
Теперь ты можешь просто оставить все как есть? Не съезжай. Бекки без ума от тебя…"
"– Ты в самом деле простил? Вильям, правда? – выдохнула я, не в силах поверить в то, что произошло. На огромное, грязное, черное пятно, что все эти годы было на моей совести, только что вылили самый лучший отбеливатель.
– Спасибо, – охрипла от волнения я. – Спасибо! – Я неловко его обняла, и Вильям потрепал меня по волосам.
– Теперь ты останешься? – спросил он.
– Если есть кто-то, кто этого хочет, то да.
Моя щека лежала на его груди, руки обвили его плечи, и я чувствовала его теплую ладонь на своей спине – на том самом месте, в котором у ангелов прорастают крылья.
Наверное, они вырастут и у меня…
Нет, уже выросли.
* * *Попрощавшись с друзьями после лекций, я направилась к парковке. Ярко светило солнце, хотелось петь и кружиться. Я сняла с рук перчатки, стянула с шеи шарф и подставила лицо ветру. Свобода – вот какой у нее запах: свежего воздуха и мокрой листвы.
