Он протянул таблетку обезболивающего и поднес к моим губам стакан воды. Кровь капала из сжатых кулаков на полотенце и тут же впитывалась. От боли кружилась голова.
– Ты уверен?
– Абсолютно.
Я прикрыла глаза и, сама того не заметив, провалилась в сон.
* * *Меня разбудили тихие голоса Бекки и Вильяма. И я разбирала, о чем они говорят. Бекки спрашивала, что произошло. Вильям пересказывал историю моего появления, опуская кое-какие подробности, например, как он раздел меня до трусов…
– Айви там с ума сходит, – сказала Бекки.
– Боюсь, тебе придется очень много всего объяснить ей.
– Расскажу как есть.
– Вильям, если она узнает секрет Лори, то его узнают все. Айви не станет держать язык за зубами.
– Я не стану врать ей, – возразил он.
– А придется! Секрет Лори остается ее секретом. И прежде, чем делиться им с кем-то, ты должен спросить Лори, хочет ли она, чтобы об этом знал кто-то еще…
– Хорошо! Я не скажу Айви! Что-нибудь придумаю… – раздраженно сказал Вильям и, резко меняя тему, добавил: – Я говорил сегодня с родителями… и они наконец-то соизволили объяснить мне кое-что.
Они привозили меня к Макбрайдам восемь лет назад, чтобы познакомить с Долорес. У нас с ней не просто одна и та же болезнь – мы еще и совместимы…
– Я надеюсь, это наталкивает тебя на… кое-какие мысли? – многозначительно спросила Бекки.
Теперь я окончательно проснулась, приподнялась на локтях и перестала дышать в ожидании ответа. Этот ответ решит все.
– Я знаю, на что ты намекаешь, – сказал Вильям.
– Но на самом деле я думаю только о том, что Айви с ума сойдет, если узнает, что я и Долорес не оставляем ожогов друг на друге…
– Ничего, переживет, – холодно сказала Бекки. – И, уверена, тут же найдет замену."
"– Бекки, я не собираюсь вышвыривать свою девушку только потому, что нашел более… удобный вариант! С Айви, конечно, сложно, но мне нравятся эти сложности. Она непредсказуема, она бесстрашна, ее не оттолкнуло ни одно из моих требований вроде отказа от поцелуев в губы или обливания кипятком после каждого секса.
Я люблю ее. А Долорес… Ей нужно просто помочь немного адаптироваться. Я могу научить ее жить… почти нормально. Она сможет не носить перчатки, сможет заниматься любовью с кем захочет, сможет перестать бояться и шарахаться от других людей… Я помогу ей.
Я закрыла глаза и попыталась успокоить дыхание.
В этом доме слишком тонкие стены.
Зато у моего сердца слишком толстые стенки.
