Я тихонько юркнула в свою «Ауди» и бесшумно прикрыла дверь, а Айви тем временем наставила палец на грудь Вильяма и прошипела:
– Я понимаю, что у тебя были причины свалить в Норвегию и бросить все! Но я готовилась к этим съемкам, это было очень-очень важно для моей карьеры! Целый разворот в журнале мог быть моим, если бы ты подсобрался и…
– Извини, что похоронил лучшего друга и был не в состоянии улыбаться в камеру! Послушай себя, черт возьми! – ответил Вильям, и у меня побежали мурашки по спине от резкости в его голосе.
Он никогда не говорил так резко даже со мной.
– Ты подвел меня! – выкрикнула она. – В который раз.
– В который раз?! Поподробнее с этого места!
– Да ладно, Вильям! Бросать меня в ответственную минуту – это твой неизменный стиль, к которому я уже привыкаю.
– О чем ты?!
– Крыльцо университета, две девушки, один парень… Никаких догадок?
Я прижала к щекам ладони, предчувствуя настоящий скандал. Причем с кучей гадостей в мой адрес.
– Боже, Айви, я думал, мы уже разобрались с этим! – схватился за голову Вильям.
– Ты же уже знаешь правду. У нее та же аллергия, что и у меня, и ей нужен был кипяток, черт побери.
– Но мне-то от этого не легче! Весь университет до сих пор считает меня идиоткой! Которую парень бросил на крыльце, а сам укатил с другой!
– Ты преувеличиваешь. Мы по-прежнему вместе, и все об этом знают.
– Я хочу, чтобы ты рассказал всем, по какой причине ее увез, – заявила Айви.
– Нет.
– Почему же?
– Потому что это ее секрет.
И рассказывать об этом всему университету или нет, должна решать она.
– Предлагаешь мне и дальше ходить с имиджем лохушки, потому что бедная Долорес боится предстать перед всеми фриком?
– Давай без этих слов! Если она – фрик, то я тоже!
Он стоял напротив нее, бледный как полотно. «Он в бешенстве, видит ли она это?» – думала я, по-партизански выглядывая из-за руля.
– Ну вот снова! – ухмыльнулась Айви. – Не говори о ней то, не говори о ней се! Почему ты постоянно защищаешь ее? Серьезно, Вильям.
Начиная с той вечеринки, где мы впервые увидели ее, и по сегодняшний день. Почему?
– Может быть, потому, что ты не упускаешь ни единого шанса унизить ее?
– Я унижаю многих, но защищаешь ты только ее. Все дело в вашей одинаковой болезни? Или в чем-то еще?
– Я не могу понять, почему разговор постоянно сворачивает на Долорес?
– Ответь на вопрос. Ты к ней что-то чувствуешь?
Мое лицо к этому моменту было краснее помидора, я это чувствовала.
