Стихия боли

Теперь он знал, к чему стремиться…

Детские мечты редко осуществляются — через четыре года в Пномпень вошли механизированные дивизии армии социалистического Вьетнама, прекратив резню граждан Кампучии. Еще совсем недавно всемогущий и ужасный Пол Пот бежал в Китай, красные кхмеры, ожесточенно огрызаясь огнем, ушли в джунгли, снова превратившись в партизан.

Отряд, в котором находился Кун, за коварство и изощренный ум прозванный Змеем, в лесной чаще обнаружил древний храм, видимо, появившийся еще до появления в этих местах буддизма.

На стенах были изображены странные фигуры, то ли полулюди, то ли полуживотные, многие из которых были вовсе незнакомыми — мифическими. Впрочем, эти чудища нисколько не пугали красных кхмеров, они были выдрессированы в духе атеизма.

Решив, что полуразрушенный храм в глухой лесной чаще самое надежное место для базы, боевики, недолго думая, взорвали статуи и расстреляли лепные фрески.

Потянулись долгие годы кровопролитной партизанской войны с диверсионными отрядами вьетнамского спецназа.

На этой войне и взрослел Кун Змей, а когда он по-настоящему возмужал, то возглавил отряд. К этому времени все остальные претенденты были мертвы, некоторые не без помощи самого Змея.

Свой отряд Кун формировал по отработанной схеме, набирая волонтеров из подростков, по собственному опыту зная, что это самый лучший материал для ковки исполнительных и бездушных солдат. Он уже давно отдалился от движения красных кхмеров и не признавал вернувшегося из Китая папашу Пота.

Теперь он сам себе был хозяином и господином. За эту власть время от времени приходилось воевать, но это нисколько не пугало Змея, ведь он знал, что только настоящая война готовит настоящих бойцов.

В этих войнах он отвоевал огромный кусок территории, пусть непролазных джунглей, но никто сюда даже не пытался сунуться. А находящиеся в его вотчине несколько племен диких чам-малай безропотно поставляли его отряду еду, рекрутов, ну а женщин, когда требовалось, они брали сами.

Уже почти двадцать лет он жил лесным оборотнем, его жизнь не изменил ни уход из страны вьетнамской армии, ни сдача новой власти Камбоджи дряхлого Пол Пота и ни последующая амнистия красным кхмерам. Он по-прежнему оставался лесным хозяином. Вскоре у него появился союзник — наркобарон Нэй Сэй, владения которого граничили с империей бывшего революционера, который решил, что при его рискованном бизнесе лучше дружить, чем воевать.