Может сложиться впечатление, что мы просто не владеем ситуацией и не знаем, что происходит в нашем городе.
– Я не понимаю, о чем идет речь. В нашем производстве дела о еврейских мальчиках нет, – твердо сказал Гордеев.
– Ах нет?! – взорвался генерал. – Значит, нет? А кто такой Черкасов, которого разрабатывают ваши сотрудники? Да так серьезно, что привлекли к работе оперативников из округа, пустили за ним «наружку». Что вы мне голову-то морочите?
– Черкасов – гомосексуалист, который подозревается в совершении тяжких преступлений на сексуальной почве.
При чем здесь еврейские мальчики? Товарищ генерал, вас кто-то дезинформировал.
– А то, что те тяжкие преступления, которые ваш Черкасов совершал на сексуальной почве, направлены на еврейских мальчиков, – это так, тьфу? Этот момент можно опустить? Я отказываюсь вас понимать, Виктор Алексеевич. Зачем вы пытаетесь ввести меня в заблуждение?
– Прошу прощения, товарищ генерал, нет никаких доказательств, связывающих Черкасова с детьми из еврейских семей.
Черкасов подозревается, но, подчеркиваю, только подозревается, в похищении и убийстве Олега Бутенко, но Бутенко – русский. Я не понимаю, откуда взялось все остальное.
– Очень интересно. Вы не понимаете. Черкасов, как я узнал от журналиста, присутствовавшего на брифинге, подозревается в убийстве не одного Бутенко, а девяти юношей. Да, Бутенко – русский, а остальные восемь – евреи. Вы хотите об этом умолчать? Вы пытаетесь подтасовать факты? Объясните же мне, что происходит, в конце концов.
Почему такое страшное преступление скрывается от руководства ГУВД, почему оно до сих пор не на контроле? Что вы себе позволяете?"
"Генерал выпустил пар и успокоился. Разумеется, он был разгневан, потому что выглядел на брифинге, а потом в кабинете начальства полным идиотом, не имеющим представления о том, чем занимаются его подчиненные. Но, зная полковника Гордеева не один год, он понимал, что дело тут не в халатности и разгильдяйстве.
Гордеев ничего просто так не делает, не такой он человек, чтобы держать что-то в секрете, не имея на то веских оснований.
Да, основания эти у Гордеева были, в этом Руненко убеждался, слушая неторопливый рассказ полковника. Для Черкасова, судя по всему, главным была внешность, а то, что мальчики с такой внешностью сплошь оказывались евреями, – просто несчастное стечение обстоятельств.
