— Кейд, ты должен быть честен со мной, я не из тех женщин, кто не задается вопросом, где ее мужчина, и почему он носит оружие. Я уже была в подобной роли. Вышло хреново.
Глаза Кейда потемнели, и я почувствовала его ярость. Я знала, что он ненавидит то, что случилось со мной, мне не хотелось бросать это ему в лицо, но ему нужно понять.
— Черт, детка. Тебе не понравится то, что я скажу, клуб — не бойскауты.
— Я так и думала. Скажи все, как есть, Кейд.
Он пристально посмотрел на меня, а затем оттолкнулся от двери, проведя рукой по волосам.
Я старалась не отвлекаться на его обнаженное тело, и мне это удалось.
Едва.
Он притянул меня к себе, возвращая нас обоих обратно на кровать. Усадил меня на себя, так что я его оседлала, и обхватил руками мое тело.
— Это может заставить тебя пересмотреть наши отношения, — сказал Кейд с серьезным выражением лица.
— Это должно быть нечто ужасное, чтобы заставить меня хотеть уйти от тебя, — прошептала я, и его глаза вспыхнули.
Вздохнув, Кейд начал говорить.
— Мотоклуб основал мой дед и пара его приятелей, когда они вернулись из Вьетнама.
Я уже удивилась. Я мало что знала о политике клуба, но то, что Кейд был внуком одного из его основателей, наделяло его довольно важной ролью.
— Полагаю, после войны они чувствовали себя потерянными, все они происходили из неблагополучных семей и считали себя братьями. Пусть не по крови, но по всему остальному, что имело значение. Война изменила их, они вернулись, не зная, как вписаться в нормальный мир.
Они определенно не были созданы для работы с девяти до пяти. Поэтому основали «Сынов», для начала в гараже, а затем перебрались в другие районы — они также занимались торговлей оружием.
Кейд пристально наблюдал за мной, его руки крепко обнимали меня, как будто он готовился к тому, что я попытаюсь выбежать из комнаты. Я оставалась на месте. Я была потрясена. Я, конечно, не ожидала, что в клубе будут законопослушные граждане, но торговля оружием? Это серьезное дерьмо.
И опасное.
— Они заключали союзы с рядом серьезных банд, зарабатывали много денег и сделали себе имя. Когда дед умер от рака, его место занял мой отец. В городе их любили, люди уважали моего отца, чувствовали себя защищенными клубом. Видишь ли, несмотря на то, что они нарушали закон, все, что происходило в Амбере, находилось под их наблюдением. Они не поддерживали продажу наркотиков, город был защищен от дерьма, приплывающего из больших городов.
