Я подпрыгнула от звука ломающегося гипсокартона, от которого во все стороны разлетелась пыль.
— Бл*ть! — взревел он, хватаясь обеими руками за голову и уставившись в пол.
Я настороженно наблюдала за ним, не зная, что делать. Я знала, он не причинит мне вреда, но я никогда не видела, чтобы кто-то так злился. Даже Йен, а он видел меня в синяках, избитой и почти мертвой. Может, он решил, что мне не справиться с такой реакцией. Кейд определенно так не думал.
Я села на край кровати, чувствуя себя незащищенной. Я надела его футболку, не уверенная, что это правильный шаг, но если бы он попросил меня уйти, я приняла бы это как напоминание.
Он почувствовал мое движение, его взгляд метнулся ко мне. Что-то произошло, выражение его лица изменилось, и он медленно приблизился к кровати, присев передо мной на корточки. Гнев все еще переполнял его, но постепенно его черты смягчились.
— Детка, я не причиню тебе вреда, — он говорил осторожно, полагая, что его реакция напугала меня.
— Я знаю, — прошептала я, не сводя с него глаз.
Его голова дернулась от удивления. Он мягко толкнул меня обратно на кровать, накрывая своим телом. Нежно погладил меня по лицу, будто я сделана из стекла.
— Эта скотина, Джимми, у него есть фамилия? — осторожно спросил Кейд, его спокойный тон все еще дрожал от гнева.
— Ага, — протяжно произнесла я, и тихим шепотом закончила: — О'Фаллан.
Что-то промелькнуло в глазах Кейда, но слишком быстро, чтобы уловить... узнавание?
— Ты его знаешь? — тихо спросила я.
— Нет, — сказал он, поглаживая меня по голове.
— В какой он тюрьме?
— М-м-м, в Аттике, — ответила я, помнив все, кроме номера его камеры, нуждаясь в том, чтобы знать, где он пробудет до конца своей никчемной жизни. — А зачем тебе? — добавила я, испытывая нехорошее предчувствие по поводу вопросов.
— Не волнуйся, детка, просто хочу знать, что этот ублюдок заперт, иначе я бы выследил его и убил. — Его голос звучал ровно, слишком ровно, будто он не доверял себе, чтобы говорить громче.
Реакция Кейда потрясла меня, он явно очень злился из-за меня.
Что еще более важно, это показывало, как сильно я ему небезразлична.
— Нет, Кейд, он не заслуживает смерти. — Я погладила его по щеке.
Кейд бросил на меня суровый взгляд.
— Быть запертым на всю оставшуюся жизнь — именно такого наказания заслуживает человек, подобный Джимми. Смерть — слишком легкий выход, — я наблюдала, как выражение лица Кейда сменилось печальной гордостью.
— Ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал.
