Сто причин поверить

Собиралась утром пойти к главрежу, но потом напилась водки, написала предсмертную записку, вскрыла себе вены и…

– И утром встретилась с Мишиным в фойе Дома культуры. Блин! – Грибов провел по голове ладонью, уронил ее с грохотом на стол. Посмотрел с досадой и надеждой на Настю. – Может, Синяков ошибся с временем ее смерти? Лето. Жара. Вода.

– Синяков никогда не ошибается, – отмахнулась от него Настя и решительно поднялась со своего места. – В общем, так… Ты можешь выполнять приказание Смотрова и хлопотать тут с липовыми отчетами во все лопатки.

А я пробегусь-таки по квартирам того подъезда, в котором снимала жилье Лопачева.

Гадкая баба – Маринка Воронова – наконец-то получила по заслугам! В ее квартире крякнулась квартирантка. И не просто крякнулась, а вскрылась! И пролежала там несколько дней. Соседи нехорошей квартиры чуть не чокнулись, затыкая носы. Хорошо, у нее лично квартира не в том крыле подъезда, и окна выходят на другую сторону, ей не досталось подобного зловонного «счастья».

Зато ей досталось другое.

Счастье позлорадствовать в адрес гадкой Маринки Вороновой. Теперь-то она ни за что не сдаст квартиру. Никогда и ни за что! Во всяком случае, за достойные деньги.

Вообще-то, достойные деньги предлагала Маринке она, когда просила ее продать эту самую квартиру.

– У тебя же точно такая же, Тоня, – удивленно хлопала Маринка коровьими ресницами.

– Такая, да не такая! – возражала Антонина. – Твоя на три квадрата больше, окна на светлую сторону, на парк. А не во двор, где машины с утра до ночи паркуются.

И сигнализация ночами орет без конца…

Маринка ей отказала. Решила квартиру сдавать. И первое время очертенела настолько, что сдавала ее посуточно.

– Прибыли больше, – объяснила она Антонине, – и мороки меньше.

Та девушка, которую Маринка представила как артистку, сняла у нее квартиру сначала на одни сутки, потом на вторые, потом исчезла на несколько месяцев. Было это еще по ранней весне. А потом вот вдруг объявилась три недели назад. Въехала со всем своим скарбом.

– На год сняла. За два месяца вперед заплатила. Хорошие деньги! – хвасталась Маринка Тоне, встретив ту во дворе. – Так что не соскочит, если что.

Ее квартирантка не соскочила, она покончила с собой! Маринку жильцы подъезда кто ругал, кто проклинал за причиненные неудобства, кто жалел. И только Антонина радовалась ее неприятностям.

А они у нее будут, это сто процентов. Потому что не все так гладко с этой девушкой, которая вены себе вскрыла.