"
"— Вы? Зная, что из Петербурга к вам едет проверяющий?
— Так он через четыре дня вернется. Я телеграфировал в Красноярск, выяснил, что вы на «Мономах» не попали, и отпустил Непогодьева. Думал, вы позже прибудете, и он успеет.
— А то, что я на илимке пустился догонять пароход, вам в Красноярске не сообщили?
— Э-э… Я подумал, что не догоните.
— Как вы могли так решить? У вас побег за побегом, из столицы выслали ревизию, а письмоводитель вздумал поохотиться. Прошел бы ее, тогда и гулял бы.
— Я не подумал о ревизии, — фальшивым голосом произнес Булевский.
— Отправил рапорт губернатору, тот ничего не ответил… Мало ли их бежит?
Кибирев смотрел коллежскому советнику прямо в глаза; казалось, он сейчас подмигнет.
— Когда ваш Непогодьев вернется? — в голосе ревизора звучало отчетливое раздражение. — Я не собираюсь торчать тут четыре дня. Срочно отзовите его в Монастырское. Сумеете?
Пристав молчал, и тогда за него ответил помощник:
— Не получится, не для того уплывал.
— В каком смысле?
— Ни на какой он не охоте, а сбежал.
Непогодьев в понедельник сел в моторную лодку Министерства путей сообщения, что возвращалась в Красноярск из Карского моря. Они промеры делали. Смерили — и домой. Вот письмоводителя по пути захватили. Вместе с варшавьяками.
В комнате повисла тишина, потом Булевский заорал диким голосом:
— Тебе кто разрешил поперед начальства говорить, туземная рожа?! Молчать!
— Я разрешаю, пусть докончит мысль, — хладнокровно осадил «туруханского царя» сыщик. — Продолжайте, господин Кибирев.
Как вас по имени-отчеству?
— Иван Игнатьевич, ваше высокоблагородие.
— Говорите мне Алексей Николаевич. Так что там с варшавьяками?
— Блонский, Пшибышлавский и Леймер. Три револьверца проживали в округе. Первые двое — в Диксоне, а Леймер — в Толстом носе.
— Это из банды «Червоный Круль», что ли? — воскликнул Алексей Николаевич.
— Так точно.
— И?..
— Сели они с Мелентием в ту лодку и отплыли вверх по реке.
— А документы?
Помощник пристава хмыкнул:
— Этого добра им Мелентий сколько хочешь нарисует.
Лыков повернулся к приставу:
— Про этот побег вы тоже сообщили в Красноярск?
— Не успел. Собственно, я и не знал! А…
И Булевский опять заорал на помощника:
— Почему мне не доложили? Я отстраняю вас от должности!
— Отставить! — повысил голос питерец. — Вот, потрудитесь прочесть вслух.
И он вручил приставу свой открытый лист. Тот развернул бланк и срывающимся голосом прочел о полномочиях командированного.
