Столкновение-2 (СИ)

Прошло ещё тысяча, но до сей поры ни одного семита не заставишь дать сыну ромское имя, и ни один ромлянин не назовёт ребёнка в честь иудейского бога. Взаимная неприязнь благополучно пережила тысячелетия, отравив ядом ненависти бесчисленные поколения потомков покорённых и завоевателей. Но это здесь, а в том мире непримиримые враги могли стать союзниками. Ведь могли же? Та же вера в единобожие пришла в Ром, Альбион и прочие страны с иудейских земель. Сквалыжники и торгаши поработили захватчиков, окружив их разумы сладкими кружевами словес и опутав гнилью наживы, скрыв пороки и вседозволенность под сенью божественного провидения и благодетели.

Рабы бога — рабы страстей и пороков. Вот и этот пришёл с посулами и душещипательными речами о прекращении кровопролития и лекциями о ценности человеческой жизни. Понятно, загадка разрешилась быстрее, чем она успела взволновать умы. К жрецам не ходи, полковник не договаривает, причём очень сильно. Что-то нечисто с его прибытием и совсем непонятно с кровопролитием. Где, когда? Возникает закономерный вопрос о связях мордатого с ушастыми и псоглавыми тварями. Прищемило хвост и первые крысы побежали с корабля выторговывать лучшую жизнь? С семитов станется стакнуться с адскими выродками, продав ближнего ни за грош. Выкупить и перепродать задорого. Миры разные, а ухватки одинаковые. Ратибор презрительно поморщился, хотя умом понимал, что может оказаться неправым по всем надуманным пунктам.

Назвавшийся тысячником или не заметил или демонстративно не обратил внимания на мимолётную гримасу.

Указав рукой на один из экранов, на котором отображалась видеоинформация с берегов Седого моря, он продолжил:

— Ваше Высочество, как вы можете наблюдать лично, подчинённые вам мобильные части захватили активированный псоглавцами межмировой портал, который они открыли вслепую, спасаясь бегством от бронетехники и биомеханоидов. Куда они хотели сбежать на данный момент неизвестно, факт в том, что координаты выходного зева перехода оказались расположены в нашем мире на окраине мирного посёлка и лагеря беженцев.

В основном там гражданские лица: дети, женщины и старики. Псоглавцы, которых мы называем "псанами" и с которыми ведём войну, как и с дроу, были перехвачены дозорными постами.

Тысячник поведал о том, что посты и армейские части расценили гардарцев, как подручных псанов… (ну-да, ну-да). В конце монолога он озвучил просьбу, чтобы Ратибор отдал приказ на прекращение огня с той стороны.