Если спросить кого-нибудь из них, на какую зарплату куплена такая роскошь, то услышишь стандартный ответ: «Приобрел в кредит». Как будто кредит отдавать не надо. Вторая вариация: «Друзья дали покататься», что подразумевает наличие друзей богатых, нежадных и отзывчивых:
«Дай машину покататься!»
«Да бери, конечно! Через год отдашь».
Хотя мне-то, грех жаловаться, как-то давали «Лексус». Но не у всех же знакомые с достатком Натальи, у которой в гараже то ли три, то ли четыре автомобиля. Да и давали не на год.
И, похоже, больше не дадут.
– Александр Геннадьевич, а ты правда разговор с Натальей записал? – спросил меня Сергей.
– Если бы! Знать, что так обернется, конечно, записал бы. Да там и записывать нечего было. Так, пять слов друг другу сказали.
– И как теперь выкручиваться будем?
– Не надо выкручиваться. Посуди сам: данные о звонке я получил через Главный сервер. У меня их нет. Я Главному серверу не хозяин и указания ему дать не могу. Прокурорам придется обратиться за данными в центральный аппарат МВД.
Короткую справку, так, мол, и так, ответ абонента с таким-то номером был в такое-то время с такого-то адреса, дадут сразу же. Далее запрос для детального ответа переправят в департамент технической разведки МВД. Те запросят официальный ответ в управлении радиоразведки военно-космических сил Министерства обороны. Туда-сюда, как минимум месяц пройдет. Выяснится, что самой записи нет. К тому времени про нее, наверное, уже забудут.
Напихают бумажек с запросами в уголовное дело и успокоятся. Запрос есть? Есть. Ответ есть? Нет. Ну, если нет, то подождем. У нас всегда так, главное, запрос сделать и копию в дело подшить. Но самое главное, Сергей, нас с тобой уже тут не будет! Все, приехали!
Стараясь не отставать, но и не дышать в затылок, мы прошли за Городиловым. Он сделал вид, что не замечает незваного сопровождения. Начальник следствия, Валерий Семенович, выглядел равнодушным, а следователь Мальцев немного нервничал.
Хотя из-за чего? Все понимают, что он только исполняет волю вышестоящего начальства.
Наталью содержали в отдельном кабинете на пятом этаже. В помещении было полно народа: за единственным столом Скорняков. Напротив него на стульях, расставленных вдоль стены, разместились мужчина лет пятидесяти, Наталья и полная женщина неопределенного возраста.
Щукин с уставшим апатичным видом сидел в углу у окна.
