Странная Салли Даймонд

Он провел здесь уже в общей сложности шесть недель, и, как бы ни нравилось мне все ближе узнавать своего брата, его нежелание что-то менять и двигаться дальше беспокоило. Я уверена, со мной все было так же плохо до терапии, но я предпринимала хоть какие-то попытки общения с людьми, когда Анджела просила. Питер не сделал ни одной.

Меня удивило, что он не попрощался. Его уже не было, когда я проснулась на следующее утро. Накануне вечером я играла на пианино, когда он вернулся с одной из своих прогулок. И тогда Питер сказал:

– Знаешь, отец тоже играл на пианино.

Когда мы жили здесь, в Ирландии. Он был так же хорош, как ты. Извини, но я не могу выносить эти звуки.

Я захлопнула крышку.

Питер оставил комнату в безупречном порядке, хотя мне показалось странным, что он забрал с собой все вещи. Тоби он тоже забрал. Это меня разозлило.

Марку такое внезапное исчезновение показалось настораживающим. Я не сказала ему про деньги.

Как всегда, я защищала Питера:

– Он поехал путешествовать. Ты видел, насколько все это его ошеломило.

Может, он хочет осмотреться. Может, он решит остаться в Ирландии. Я на это надеюсь.

Я видела в нем столько от себя. Я испытывала к нему только самые теплые чувства. Может, я любила своего старшего брата.

Я несколько раз звонила Питеру, но он не брал трубку. Марк все больше беспокоился.

Через неделю я получила от Питера сообщение:

Мэри, я долго это обдумывал. Мне здесь не место, и я не чувствую себя твоим братом или племянником Марка, как бы ни старался. Я в дублинском аэропорту.

Я возвращаюсь в Новую Зеландию. Для всех будет лучше, если мы не станем поддерживать общение. Я не хочу делать тебе больно и благодарен за деньги. Я использую их во благо. Желаю тебе и Марку всего самого хорошего. Вы сделали все возможное. У меня не все в порядке с головой, и никакая терапия это не исправит. Мне лучше одному.

Я начала кричать и клоками рвать на себе волосы, пока с другой стороны улицы не прибежала Марта.

Когда Марк сказал «коттедж», я представил себе маленький домик под шиферной крышей на одну семью, какие обычно показывают в новозеландских туристических проспектах про Ирландию.

Но хотя на крыше действительно был натуральный шифер и спереди здание казалось небольшим, внутри все было новое, современное и безупречно чистое. Под толстыми стеклянными вставками в полу протекала длинная подземная река. Я никогда раньше такого не видел. Мэри оказалась совсем не такой, как я ожидал. Она уставилась мне в глаза, пока я не отвел взгляд.