– Наглец, да стоит мне только пальцем пошевелить и от тебя останется только мокрое место! Ты лежишь прикованным на 'столе истины' и угрожаешь мне?
– Я не угрожаю вам госпожа, а просто констатирую факт. Я здесь только потому, что не собирался приносить никакого ущерба ни монастырю, ни монахиням. То, что произошло в кельях послушниц, было моей глупейшей ошибкой, а не попыткой навредить кому либо. 'Видящие' для меня так же священны, как и для любого жителя Геона.
– Насильник! Ты нагромождаешь одну гнусную ложь на другую в попытке спасти свою вонючую шкуру, – воскликнула монахиня и топнула ногой.
– Насильник? Это с какой стати вы такую ерунду выдумали? – обалдело спросил я.
– Послушницы рассказали, что они видели, как ты срывал одежду с Энриэль и пытался ее изнасиловать и задушить!
Ржал я до икоты и с трудом сумел остановиться. Со мной сыграла злую шутку обычная женская неудовлетворенность закрытых женских заведений. Какими молитвами и обетами не умерщвляй плоть, но природа берет свое и в голове у молоденькой девушки всегда всплывает образ пусть даже вымышленного возлюбленного, поэтому моя попытка заткнуть рот визжащей гвельфийке была воспринята абсолютно однозначно, а потом еще обросла кучей пикантных подробностей.
Даю сто против одного, что сейчас эти девчушки развивают перед подружками тему моего вторжения в еще более впечатляющих красках. Не удивлюсь, если через неделю выяснится, что мне все-таки удалось добиться своего от всех спавших той ночью в злополучном крыле монастыря. Мой смех совершенно сбил с толку монахинь и они, скорее всего, решили, что я сошел с ума от страха, испугавших возмездия за сексуальные преступления.
– Госпожа прошу меня простить, но вы на полном серьезе решили, что князь хуманов залез в монастырь, чтобы изнасиловать этих ощипанных коз? К вам часто залазят насильники княжеского звания, покушающиеся на честь монахинь?
– Нет, но семьдесят лет назад был похожий случай, в монастыре поймали солдата охраны в непотребном виде!
– Что сделали с несчастным? – задал я неожиданный вопрос.
– Я уверен, что в непотребном виде застали и одну из монашек.
– Негодяя кастрировали, что ожидает и тебя, а монашек приговорили к двадцати годам покаяния в запертой келье!
– Это что же монашка была не одна, а с подругами? Весело живется у Вас в монастыре. Только хрен вы угадали, размечтавшись меня кастрировать. Госпожа выгоните всех посторонних из камеры, у меня есть для вас предложение, от которого вы не сможете отказаться.
