Странник

Она не ослабла, как от истощения, она изменила свою конфигурацию. На энергетическом теле девушки появились две яркие пульсирующие области. Одна область находилась в районе сердца, другая, более яркая, — внизу живота. Энергетика гвельфийки подкачки не требовала, она оказалась даже ярче, чем обычно. Выйдя из транса, я взял разорванный платок из руки девушки и побежал за водой. Мокрый платок привел Викану в чувство.

— Что с тобой, тебе плохо? — испуганно заговорил я с девушкой.

— Нет, Ингар, мне очень хорошо.

Что это было? Я смотрела эту легенду и плакала, плакала. У меня кончились слезы, и я начала кусать губы, потом разорвала зубами платок. Когда Ромео и Джульетта умерли, мне стало очень грустно и печально, но одновременно сладко и хорошо, вот здесь и здесь. Потом в животе произошел сладкий взрыв, и я потеряла сознание. Ингар, это твоя магия так действует на меня?

— Нет, девочка. Просто ты сегодня стала совсем взрослой.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Викана.

— Об этом тебе расскажет мама, — ответил я, нежно погладив ее по голове.

 — Главное, что с тобой все хорошо, а теперь иди умойся и завтракать.

Викана, вскочив и грациозно покачивая бедрами, направилась к колодцу.

«Волшебная сила искусства, — мелькнуло в голове. — Теперь Викане буду показывать только мультфильмы про Чебурашку, от греха подальше».

Лагерь просыпался и наполнялся утренней суетой. Викана вернулась, счастливо улыбаясь сквозь искусанные губы каким-то своим мыслям. Я, полюбовавшись на гвельфийку, тоже отправился умываться.

Сидя за завтраком, мои друзья с недоумением смотрели на счастливое лицо и искусанные губы девушки. Гвельфийка с таким аппетитом уплетала завтрак, будто она месяц сидела на диете. Я хотя бы догадывался насчет причин такого вида и поведения Виканы, а остальная команда была в полном неведении и строила самые дикие предположения.

— Ох, красавица, вгонишь ты меня в гроб, — прошептал я на ухо гвельфийке, закончив завтрак. — Ты представляешь, чего они себе навыдумывали, глядя на тебя?

Викана так и осталась с открытым ртом, а я пошел к своей лошади.

Караван понемногу стал вытягиваться за ворота, и мы продолжили свой путь.

* * *"

"Мое безделье во время неспешного движения каравана было только кажущимся. Месяцы жизни на Геоне приучили находиться постоянно настороже. Если в первое время контроль окружающего пространства выматывал не хуже самой дороги, то сейчас сканирование происходило почти автоматически.