— Ну, граф Янош, и чертовски же холодная кровь течет в твоих жилах!
— Добрая ирландская кровь, — вмешался в разговор Ищт-ван Фаи. — Бутлеры происходят из Ирландии. Когда-то их вскармливали козы. — Старик Фаи любил этой шуткой поддразнивать своего названого сына.
— И девушка тоже не старалась заговорить с тобой? — допытывался вице-губернатор, который был весьма охоч до чужих тайн, если это не влекло за собой никаких последствий."
"— По-моему, она дважды обращалась ко мне, заламывала руки и, признаюсь, поистине тронула меня, если только ее поведение не было хорошо продуманной игрой.
""Простите меня, — лепетала она, — простите! Меня заставили! Все это помимо моей воли…"" Я отвернулся от нее и крикнул: ""Никогда, сударыня, не обращайтесь ко мне, я вас не знаю, я даже голоса вашего не хочу слышать, никогда, никогда!"" Всю ночь я простоял у окна, глядя наружу. Попробовал было выломать решетку…
— Хороша брачная ночка, скажу я вам! — покачал головой Сирмаи.
— Значит, тебе удалось выломать железные прутья решетки? — спросил Фаи.
— Это оказалось мне не по силам.
— Тогда как же ты все-таки смог убежать?
— Очень просто. На рассвете дверь открылась, и на цыпочках вошел седой камердинер, которого я раньше не видывал в доме Дёри. Он спросил, можно ли взять почистить платье. ""Вы же видите, что я одет"", — ответил я. За ним в дверь просунула голову смазливенькая горничная: ""Ее сиятельство графиня прикажет подать завтрак в постель?"" Тут мне стало совершенно ясно, зачем понадобилось поднимать меня на второй этаж: только для того, чтобы эти два новых ""свидетеля"" застали нас вместе.
Хитрый же план составила эта старая лиса! Я догадался, что роль моя, очевидно, на том и заканчивается и я свободен. Я вышел через открытую дверь, миновал столовую и спустился во двор. Ворота тоже были распахнуты настежь, и я, как был, с непокрытой головой, без оглядки бросился вон.
— На твоем месте я малость пощипал бы хоть горничную, — надо ж было как-то отомстить за невесту, которую тебе силком навязали, — сказал Сирмаи.
— Месть, как известно, всегда сладка, а в такой форме особенно!
— Что было, то прошло, — заключил Фаи. — А теперь мы должны думать о том, как бы хорошенько отомстить Дёри за его злодеяния. Следует позаботиться о том, чтобы нагреть котел для грешной души Дёри. Эта проделка не пройдет ему даром.
— Боюсь, мой дорогой опекун, что нам предстоит много хлопот.
— Не бойся ничего. Терпенье, и только терпенье. Дай только мне заняться твоими делами.
