А вот если ты сболтнешь то, о чем следовало бы промолчать, тут уж ничем делу не поможешь.
Однако на сей раз в виде исключения баронесса была разговорчива. Особый интерес она проявила к графу Бутлеру, весь облик которого носил на себе печать какой-то меланхолии.
— Вы суеверны, граф?
— Из чего вы это заключили?
— Из вашего ответа святому отцу, что на Бутлерах лежит проклятие. Почему вы так думаете?
— Есть поверие, к сожалению сбывающееся, что с той поры в нашем роду все несчастливы.
— Тем больше оснований думать, что как раз вы будете счастливы.
Граф Янош грустно улыбнулся. Баронесса поправилась:
— По крайней мере, мне так кажется.
— Почему? — рассеянно спросил граф."
"— Чем дольше стоит ненастье, тем вероятнее, что скоро наступит ясная погода.
— В этом есть своя логика.
— А знаете ли вы, — продолжала девушка, — что за свой грех ваш предок должен известное время провести в чистилище? Там блуждает его грешный дух. Но когда придет искупление и душа предка очистится, с вашего рода будет снято проклятие.
— Этому вас святой отец обучил? — рассмеялся граф Янош.
— Вы, кажется, не верите в духов?
— Бог весть! Я никогда не задумывался над этим. А вы верите?
— Разумеется. Оставайтесь у нас ночевать, и я обещаю вызвать вашего предка. Если же он не сможет появиться, я спрошу обо всем у духов стола. Так или иначе, но мы будем знать, лежит на вашем роде проклятие или нет.
— Хотел бы я это знать!
— И узнаете.
Только для этого нужны барышни Ижипь.
— Где ж я их возьму?
— Да нет, их нигде не нужно брать. Это две старые девы, похожие на высохших мумий. Они отличные медиумы. Их пальцы излучают флюиды. Барышни живут вон там, в желтом доме возле церкви. Они обычно приходят по вечерам, когда у нас гости.
Так уж заведено в селах. Люди скучают и от скуки становятся не в меру любопытными. С быстротой пожара по селу распространилось известие, что у Дёри в гостях молодые люди.
Первым слух об этом пустил гайдук Дюри, сообщивший: «Один-то из них граф». Ну, а другой? Кто другой — неизвестно. Тут уж есть где разгуляться фантазии, чтобы наделить «другого» всевозможными титулами.
Пока сообщение дошло до третьей по счету усадьбы, у Дёри в гостях оказалось уже два молодых графа, а у пятого дома этот «другой» превратился в герцога.
Ну, а два таких знатных господина достойны того, чтобы пойти на них взглянуть.
