– И что теперь делать с этой ненормальной? – услышанный мной мужской голос я не узнала, но разжать на лице руки и посмотреть, кто это, я так и не смогла. Меня попросту парализовало. А уж как вскоре начало трясти и колотить изнутри…
– Запри её пока в холодильной камере цокольного этажа. Пусть немного остынет. Потом с ней поговорю, если появится желание.
А вот Кроноса я узнала моментально, оцепенев на несколько секунд ещё сильнее и не веря тому, что слышу. Не в силах поверить в то, что это не сон, а я до сих пор жива и… И…
Чёрт! Вот теперь меня накрыло просто убийственной паникой.
А когда кровать под чьим-то весом прогнулась и «издала» характерную вибрацию, я и вовсе дёрнулась всем телом, неосознанно убирая от лица руки и сразу же зажмуриваясь от яркого света, ударившего по глазам.
– Тихо, тихо. Это я. Всё хорошо. Всё уже позади.
Только меня затрясло уже просто безудержно, когда я более-менее привыкла к включенному кем-то свету и действительно разобрала сквозь пелену хлынувших из глаз слёз приблизившегося ко мне Федерико.
Смотрела в его хмурое лицо и осматривающие меня глаза едва ли веря в то, что он реален, и не является моей предсмертной галлюцинацией. Пока он не прикоснулся ко мне, вызвав очередную паническую реакцию, передёрнувшую меня, будто ударом тока, и не поняла уже окончательно, что всё это происходило на самом деле. Это был не сон. И меня чуть было…
– Господи… она… она же… – я надрывно втянула воздух через рот, или, скорее, шумно всхлипнула, моментально холодея от убийственного понимания, что всего несколько секунд назад находилась на самом краю… Что уже почти… – Она же меня… боже… мама!.
.
– Ти-ихо, тш-ш!
В этот раз меня трясло от прорвавшихся безудержным потоком рыданий. Причём активировавшихся одновременно с прикосновениями рук Кроноса, которые обхватили меня вначале за предплечья, приподнимая с кровати, как маленькую практически невесомую девочку, и вскоре ревностно прижимая к гладиаторской груди мужчины, прикрытой всего лишь белой майкой. Я тут же вцепилась в него, как в единственный спасительный буй посреди беспощадного океана, чуть было не утопивший меня в своей ледяной мгле.
Да так крепко, что у самой заболели пальцы. Хотя ослаблять хватку не решилась. Сразу ткнулась сопливым носом в мускулистую грудь и едва не взвыла в голос, давая волю взявшим надо мною верх чувствам и слезам.
– Я не… не знала!.. что… она!
– Никто не знал. Если бы даже просто догадывались, то никогда бы такого не допустили. Всё, Дана.
