Страшные сказки с Чёрного корабля

Эдвард вытянул руку за борт, разжал ладонь, и зуб полетел в сверкающее море. Он упал в воду острым концом вниз, почти без всплеска, и Эдвард отошел с ощущением, что, какое бы проклятие ни наслал зуб на его жизнь, теперь оно потеряло силу.

Но не успел он, однако, сделать и двух шагов, как его охватило престранное чувство. Несмотря на то что утро выдалось теплым, ему вдруг стало холодно, но что еще хуже – гораздо хуже – он не мог вздохнуть.

Эдвард закашлялся и схватился за горло, пытаясь нащупать, чем он подавился, но понимал, что дело не в этом.

Казалось, сам воздух, который он пытался вдохнуть, потяжелел – словно вместо воздуха Эдвард заглатывал воду.

Спотыкаясь, он добрел обратно до борта и посмотрел, куда упал зуб.

Маленький египтянин на лодке все видел и, хотя поведение Эдварда его озадачило – впрочем, как и поведение всех этих иностранцев, – он углядел в этом шанс и, предположив, что моряк будет рад получить потерянное, он бросился в воду и вынырнул, размахивая зубом.

Как только зуб оказался над водой, легкие Эдварда снова наполнились воздухом.

Кашляя, он перегнулся через поручень и с жаром поблагодарил мальчика, знаком показав ему принести зуб на борт.

Эдвард дал запыхавшемуся и улыбающемуся мальчику пригоршню монет – больше, чем тот обычно зарабатывал за год, – и отослал его на рыбацкую лодку к отцу, откуда они оба, широко улыбаясь, помахали сумасшедшему англичанину.

Эдвард тоже помахал им, но не смог улыбнуться. Теперь его судьба, казалось, была связана с судьбой зуба, который он снова держал в дрожащей ладони.

Ему вспомнилось, как Мортон советовал ему разбить зуб молотком, и он содрогнулся всем телом.

Если так, неужели он обречен стоять в стороне, словно наблюдатель, пока его жизнью верховодит это адово творение? Но что он может сделать? По всей видимости, уничтожить зуб не получится, выбросить – тоже, ведь кто знает, что может с ним приключиться и как это отразится на нем, Эдварде?

Нет – придется постоянно держать зуб при себе и тщательно беречь его.

Возможно, надо немного успокоиться и разобраться, что представляет собой проклятие зуба, и тогда Эдвард придумает безопасный способ вырваться из его когтей.

И вот «Сохатый» снялся с якоря, направился на запад вдоль Средиземноморского побережья и пристал в Неаполе, одном из полудюжины портов, в которые им предстояло зайти, прежде чем вернуться домой, в Лондон. За городом высился Везувий, из его кратера все еще угрожающе валил дым после одного из частых извержений.