Страшные сказки с Чёрного корабля

Должен признать, что почувствовал некоторое удовлетворение, поняв, что он тоже мертв и попал в ловушку того же проклятия, что и мы. Когда он поднял голову и взглянул на меня, я гневно смотрел на него. К чему мертвецам бояться мертвецов?

– Итан, – сказал он. – Сынок.

– Зачем ты пришел? – холодно спросил я. – Что ты здесь делаешь?

– Отец! – вдруг радостно вскричала Кэти. – Я знала, что ты вернешься! Видишь, Итан, это был всего лишь сон!

– Кэти, оглянись вокруг, – сказал я.

Услышав мой резкий ответ, Кэти нахмурилась, но все же сделала как я велел.

Она увидела прогнившие полы и дыры в потолке, сквозь которые, словно пепел, падали снежинки. Она увидела, что кровати, на которых мы лежим, – жалкие и обшарпанные.

– Ох, Итан, – сказала она. – Так это правда? Он правда это сделал?

Я уставился на отца.

– Ну? – спросил я. – Это правда?

Он снова опустил голову.

– Да, – ответил он. – Да, это правда.

Кэти вылезла из кровати и села рядом со мной. Мы ждали, пока отец снова взглянет на нас.

Его лицо было бледно, а в глазах, несмотря на то, что их заволокли слезы, не осталось ни искры жизни. Неужели он всегда был таким?

– Почему ты здесь? – снова спросил я. – Разве мы мало из-за тебя настрадались?

– Я не знаю, – пробормотал он. – Я уже погружался в черноту, но вдруг попал сюда. Почему – не знаю.

– На то должна быть причина, – сказал я.

Он посмотрел на меня умоляюще.

– Мне так жаль. Я просто… – Он умолк.

– Обезумел? – подсказал я.

– Да, – согласился он. – Именно так.

– Могут ли мертвые быть безумными? Не знаю. Мне кажется, теперь я не безумен. Хотя мне так не казалось, даже когда я и вправду был таким.

Эта речь совершенно не успокоила ни меня, ни Кэти, и я понял, что он хочет нам что-то сказать, но, возможно, сам этого еще не осознает.

– Ты хочешь нам что-то сказать? – спросил я.

– Да, хочу, – сказал он. – Ты отлично меня знаешь, Итан.

– Разве? – Я и не подозревал, что хоть сколько-нибудь знаю отца.

– О да, – сказал он. – Ты, сын, видел меня насквозь.

Так было всегда.

Он надолго задержал на мне взгляд, и я понял, что это правда. Я, в отличие от матери и Кэти, ни разу не купился на его ложь и обещания.

– Говори все, что хочешь сказать, и оставь нас в покое, – сказал я.

Отец глубоко вздохнул и закрыл бледными руками лицо. Так он сидел мгновение, а потом медленно опустил их. Глаза его были закрыты, рот наполовину открыт.

– Я хочу рассказать вам историю…

– Историю? – спросил я.