Страсть на грани

За это время он рассчитывал найти клад, действительно развестись и уехать с мамой в Париж. Елисейские Поля, Монмартр, набережная Сены. Закрывая глаза, он мечтал, как будет гулять с мамой по улицам, напоенным ни с чем не сравнимым ароматом Парижа. Он в белых льняных брюках, цветастой рубашке и сером, тоже льняном пиджаке, мятом с тем особым шиком, который бывает только у по-настоящему дорогих вещей. Мама в шляпе с широкими полями, такая изящная, такая надменная, настоящая русская аристократка, наконец-то занявшая положение, которое принадлежит ей по праву рождения.

Но то ли поиски слишком затянулись, то ли Марина оказалась излишне недоверчивой, а может, просто не такой дурой, как он рассчитывал, но она вышла из-под контроля раньше отведенного им срока. Вышла и начала его шантажировать. Идиотка. Это еще ни у кого не получалось. Ланские не ведутся на шантаж. Это абсолютно невозможно.

Он не мог не понимать, что кольцо вокруг него сужается.

Ему очень мешала Лера, которая в любой момент могла сложить два и два. Ему претило еще одно убийство. Он был совершенно нормален, а потому убивать ему не нравилось, это не доставляло ни малейшего удовольствия, он же не маньяк, в конце концов. Но он был вынужден предпринимать решительные действия. Как все хорошо сложилось тогда на дороге, когда она улетела в кювет! Он даже не удержался, чтобы подойти к обрыву и посмотреть вниз, рискнул, хотя она могла его узнать. Эх, кабы она тогда разбилась, все было бы легче. Он бы постепенно обыскал все строения в усадьбе без риска быть пойманным на месте преступления и наконец нашел, обязательно нашел бы то, что искал.

* * *На суде все прошло быстро и достаточно безболезненно. Лера даже испугаться не успела, как адвокат быстро объяснил судье ее исковые требования, а адвокат Соболева неубедительно попытался объяснить, почему вышедшая повторно замуж Лера не может рассчитывать на алименты от своего бывшего мужа.

Понятно, что сам суд состоялся только потому, что решить вопрос миром у Лериного адвоката не получилось, чему он был страшно удивлен. Теперь, по решению состоявшегося суда, Игорь должен был ежемесячно выплачивать Лере пятьдесят процентов от своего дохода, что, согласно справке из банка, составляло ни много ни мало шестьдесят тысяч рублей, в то время как при мировой Лера претендовала всего на двадцать.