Страсть на грани

— Та-а-а-к, — голос Олега снова стал грозен. — Вот оно как. То есть это ты был в той машине, которая ее напугала?

— Да, но я не хотел ее сталкивать. Я же не больной. Да и не знал я, что это она.

— Что ты там вообще делал?

— В Горке? Сыновей решил проведать. Я же знал, что они там. Антоша, — голос его потеплел, — звонил, что соскучился, ну я и решил доехать. А тут на дороге она. Увидела меня, испугалась, вильнула и в кювет съехала. Я выбежал из машины посмотреть, увидел, что это Лерка, развернулся и уехал.

Мне бы не объяснить было, что я не специально. Я не хотел в скандал впутываться.

— Слизняк, то есть ты ее просто бросил на дороге, одну после аварии?!

— Я знал, что ей помогут: когда я на трассу выворачивал, на отворотку еще одна машина съехала. Я был уверен, что они остановятся.

— Все ясно, — констатировал Золотов, с отвращением глядя на Соболева. — Разговор наш можно считать оконченным, и, как говорил декан моего факультета, «будем делать резюме». Значит, ты больше никогда не позвонишь Лере, не посмеешь подойти к ней ближе, чем на десять метров, и сделаешь все возможное, чтобы отыграть назад сделку по захвату завода.

— А иначе ты сдашь меня в полицию? — жалобно спросил Соболев, заискивающе глядя на Золотова.

— Нет, иначе я тебя убью, — спокойно ответил тот.

* * *— Ты представляешь, нас не будут продавать, — такой новостью встретила Леру веснушчатая нормировщица Валентина, как только та появилась в раздевалке.

— Не будут? Здорово. А почему?

— Да какая разница! — Валя счастливо засмеялась.

 — Вот любишь ты, Лерка, до самой сути докопаться. Не будут и не будут. Какая разница почему. Лишь бы отстали от завода.

— Не скажи, — Лера покачала головой и начала стягивать футболку, ее голос из-под натянутой на голову ткани звучал глухо. — Надо же понимать, вдруг это только временная передышка, после которой за нас возьмутся с новой силой."

"— Марьяна говорит, что нет, вопрос закрыт, — сослалась Валя на директорскую секретаршу, у которой ходила в подружках.

 — Типа директор наш вместе с губернатором в Москву съездили, все финансовые документы отвезли, и выяснилось, что у тех они фальшивые были.

— Как фальшивые? — не поняла Лера.

— Да так. В министерство был представлен акт ревизионной комиссии, из которого выходило, что заводу нанесен серьезный экономический ущерб. Комиссия-то интересы нового потенциального собственника представляла, вот и подделала документики.