Страсть сжигает все преграды

Сильвию Форрестер, и в лучшие времена эмоционально неустойчивую, беда сына может привести к еще одному нервному срыву. Этого Эшли допустить, не могла. В голове шевельнулась вялая мысль, что есть средство защитить и брата, и мать. И оно у нее в руках.

Не слишком ли поздно? Эшли расправила плечи. Глубоко вздохнула. Надо действовать. Она собралась с силами и вернулась в банк Кавальери. С горящими щеками, внутренне съежившись от необходимости предстоящих переговоров, она подошла к столу клерков.

Один из них встал ей навстречу.

— Мисс Форрестер, мистер ди Кавальери позвонил и сказал, что вы можете прямо сейчас подняться наверх.

Ошарашенная, Эшли моргнула. Почему Вито решил дождаться ее? Как он мог предвидеть, что она вернется? Ведь она и сама не знала об этом!

В лифте у нее возникла навязчивая идея, будто она ощущает на лодыжках вес ядра и цепи. Словно каторжник на галерах.

Это не имеет смысла. В требованиях Вито, чтобы она вышла за него замуж, нет смысла.

Он очень сексуальный человек, но не раб своего полового влечения. И он это Доказал, когда ушел от нее и тут же женился на другой женщине. Он с презрением отверг любые попытки продолжать отношения, если в конечном результате они не ведут к браку. Больше того, разве возможно, чтобы он по-прежнему находил ее желанной? Неужели справедлив устоявшийся стереотип, который утверждает, что мужчины совсем другие и легко могут отделить чувства от физического влечения? А не разыгрывает ли он какой-то жестокий спектакль, пользуясь своей властью?

Она увидела высокий, гибкий силуэт на фоне стеклянной стены, сквозь которую в ультрасовременный кабинет проходил свет.

Вито в молчании ждал ее. Кто бы сумел догадаться, что таится в этих бесстрастных глазах?

— Откуда ты знал, что я вернусь? — выдавила из себя Эшди.

— Ярость, уход, воинственное возвращение. — Темная бровь красноречиво взлетела вверх. — Знакомая последовательность.

— Ты загнал меня в угол. — Кровь отлила от горевшего лица.

— Я действовал грубо, — признал он. — Это, видимо, правда. Но я никогда не предполагал, что у тебя такие сильные чувства к семье.

Эшли проглотила его замечание. У него есть основания выражать удивление. В прошлом она энергично сопротивлялась его желанию встретиться с ее семьей. Поэтому приходилось изображать, будто семейные связи для нее не имеют значения.