Страсть сжигает все преграды

Без малейшей подготовки она столкнулась с собственными фальшивыми теориями, которыми четыре года назад пыталась отгородиться от Вито. Тогда ей казалось отчаянно важным, чтобы Вито не вырвал у нее признания в вечной любви. Любящий человек дает любимому огромную власть над собой. Отец все годы брака властвовал над матерью. И Эшли твердо решила, что Вито никогда не получит оружия, которое может быть обращено против нее.

Это всего лишь физиология, это мой возраст, это инфантилизм, убеждала себя Эшли.

Я не люблю его. Мне он не нужен. Если его не будет, я и не вспомню о нем. Она повторяла эти слова как своего рода мантру. Эшли отказывалась на словах хранить верность исключительно ему, чего он требовал. Красноречиво обличала двойные стандарты, которые считали сексуальное экспериментирование допустимым для мужчин и совершенно неприемлемым для женщин.

Однако на деле ее поведение абсолютно не соответствовало этим декларациям. С самого начала Вито получил ее безраздельную преданность, независимо от того, что он выбирал — верить ей или не верить.

Но при всем при том Вито обращался с ней так, будто она его собственность. Эшли играла свою роль с нервным, демонстративным неповиновением женщины, которую чересчур властный самец силком загоняет во все более тесный загон. Он думал, что слово «освобождение» относится только к оккупированным территориям и не имеет ничего общего с женским полом. Глядя на нынешнего Вито, такого холодного и спокойного, она с трудом верила в яростную агрессивность их споров. Сегодня казалась невероятной и безумная ревность, обуревавшая его. Она вспомнила и чувство собственника, которое кипело в нем, стоило ей набраться смелости и заявить, что он не имеет права диктовать ей, что делать, и контролировать каждый ее шаг.

— Вито… я… — У Эшли мелькнула мысль, что ее гордые претензии теперь успокоились, как куры на насесте. У Вито до абсурда ошибочное впечатление о ее характере.

У него совершенно невыносимая привычка по-своему истолковывать все, что она говорила. В особенности — когда она выдавала теории, которых вовсе не придерживалась. И теперь, в общем-то естественно, он думал, будто она воплощает на практике то, что когда-то проповедовала.

— Если чего-то очень хочешь — добивайся, — с вызовом повторил Вито. — И не говори мне, что не хочешь заняться любовью, я вижу, что это не так.