Страсти-мордасти рогоносца

 – У матери в шкафу?

– Нет, – всхлипнула Люся, – она кофточку в сарай отнесла. Наверное, на тряпки порезать решила.

Я повернулась к Бабакину.

– Павел Петрович, нам придется изъять этот предмет одежды. Скорее всего, он до сих пор опасен для окружающих. Если эксперт выяснит, что кофта контактировала в сарае с какими-то вещами или предметами, последние тоже увезем.

– Понимаю, – мрачно кивнул Бабакин, – сам бы так же поступил.

– Наш специалист приедет быстро, – пообещала я, – но пока поставьте у сарая охрану. На всякий случай.

– А как яд попал на болеро? – вдруг спросила девочка.

Я посмотрела на нее.

– Не могу удовлетворить твое любопытство. Павел Петрович, у вас есть телефон тещи?

– Нет, – буркнул он. – Не собирался с ней беседовать, вот и не записал. Сейчас узнаю номер.

Бабакин вынул трубку и вышел в коридор. Я двинулась за ним. А вскоре, получив контакт, начала звонить Марине Степановне. Безуспешно. Выслушав в третий раз фразу «номер не обслуживается», я выяснила адрес уборщицы и поспешила к своей машине.

– Прокачусь, пожалуй, с вами, – неожиданно предложил Павел, догоняя меня во дворе. – Не будете против?

– Нет, – кивнула я. – Но есть условие: никаких выяснений отношений. Если вы задумали поскандалить с тещей, лучше оставайтесь в больнице.

– Что мне там делать? – процедил Бабакин. – Фая без сознания, Люся в порядке, ей только айпад дурацкий нужен, отец без надобности. Лучше делом займусь.

– Это дело моей бригады, – уточнила я, – могу вам предложить только роль наблюдателя.

– Не беспокойтесь, свары не затею, – пообещал Павел, садясь на переднее сиденье. – Ух ты! Да у вас тут прямо пульт управления космическим кораблем, сразу и не разобраться.

– На самом деле все просто, – улыбнулась я. – Машина обычная, только ее слегка улучшили, снабдили разными техническими штучками.

Павел с детским восторгом начал рассматривать дисплей на передней панели моего джипа.

– Мне рассказывали, что есть автомобили, которые в случае погони за ними выбрасывают на дорогу мелкие острые предметы, чтобы у преследователей полопались колеса.

– Здесь есть емкость с особой жидкостью, – пояснила я. – Она выливается на дорогу и делает ее невозможно скользкой. Мне пока не пришлось ни разу ею воспользоваться, чему я очень рада. Надеюсь, «мыло» никогда не пригодится, оно, как вы понимаете, на крайний случай.

Мирно беседуя, мы доехали до жилого квартала.

– Вон тот дом в конце улицы, – сказал Бабакин, – двухэтажный, желтый.