Страсти-мордасти рогоносца

Но был прерван воплем хирурга:

– Семен Кузьмич оставил письмо, – продолжил Иван, – и у меня нет сомнений, что он добровольно…

– Да! – завопил Моисеенко. Однако постарался взять себя в руки. – Да, мы составили отличный план. Но все полетело в тартарары. Сеня исчез. Рита и Егор тоже. Деньги пропали! Да что говорить? Я только что чудом избежал смерти! Отлично подготовились, гаденыши!

В кабинет вошла Люба Буль с чемоданчиком в руке.

– Осмотри, пожалуйста, Романа Наумовича, – попросила я.

Любовь Павловна сразу правильно оценила ситуацию:

– Добрый день.

– Нет, – топнул ногой Моисеенко. – Ничего мне не надо, я сам врач, челюстно-лицевой хирург. Все о’кей, это просто царапина, ерунда.

– Вы, конечно, намного опытнее меня, – негромко заговорила Любочка, приближаясь к Роману, – я-то простой медэксперт. Но если сейчас покину кабинет, начальник рассердится, и когда вы уйдете, лишит меня за непослушание премии. Поставьте себя на мое место. И так оклад копеечный, а тут еще и прибавки лишусь.

– Я сам начальник, – огрызнулся Моисеенко, – владелец клиники.

– Ой, мне не повезло, вы не поймете меня, – протянула наша Буля. – Но хоть на минутку опуститесь в кресло, я давление померяю. Ну не лишайте меня денежек. Пожалуйста.

Роман Наумович плюхнулся на диван.

– У вас несколько мелких осколков на щеках, – заметила Буля, закрепляя на руке напряженно сопящего гостя манжетку тонометра. – Можно я их вытащу? Аккуратненько. Всегда работаю не торопясь. Поспешишь, испортишь улику, тело повредишь.

– Я пока не умер, – уже тише сказал Моисеенко.

– Так я вас в прозекторскую и не приглашаю, – возразила эксперт. – В моем тревожном чемоданчике есть все необходимое. Не бойтесь, вы ничего не почувствуете. Никто из тех, с кем я работала, не жаловался, что я им больно сделала.

– Мертвецы не склонны к вербальному общению, – почти спокойно заметил хирург.

– Так ко мне и сотрудники приходят, – растолковала Любаша. – Недавно вот Танюша прискакала. Чего делали, не скажу, это врачебная тайна.

– Я ничего не ощутила. Роман Наумович, у доктора Буль кошачьи лапки.

– У нее острые когти? – ухмыльнулся гость. Похоже, истерика отпустила его.

– Нет, – засмеялась я, – мягкие и нежные лапочки.

– А боссу я на днях пять зубов вырвала, – вдохновенно врала Люба. – Иван Никифорович, ваши ощущения?

– М-м-м, сплошное удовольствие, – пропел шеф. – Можно еще раз повторить.

Буля вынула из чемоданчика упаковку со стерильным пинцетом, надорвала ее.