Страсти ниже плинтуса

Когда-то в Кутузовке строили химический завод, но не достроили. Надо туда ехать. Я должен перехватить инициативу, хотя бы узнать, что за всем этим стоит. Ты останешься с Рэем…

— Ни за что! — воскликнула я. — Мы поедем вместе! Одному нельзя соваться в это осиное гнездо!

— Об этом не может быть и речи! — отрезал Андрей.

— А если они вернутся? — я решила пойти с другой карты. — Ты хочешь застать меня в коридоре, на полу, простреленную… Меня твой Леха вряд ли возьмется оперировать, он все-таки ветеринар!

Андрей скрипнул зубами, но через секунду махнул рукой:

— Ладно, что с тобой поделаешь!

Он снова позвонил Лехе и попросил через несколько часов заехать и проведать Рэя.

Затем покидал кое-какие вещи в спортивную сумку и двинулся к выходу. В дверях он еще раз оглянулся на Рэя. Видно было, как ему не хочется оставлять его одного.

До Девяткина мы доехали минут за сорок. Могли бы и быстрее, но долго простояли на железнодорожном переезде. Зато теперь кружили на мотоцикле вокруг станции, безуспешно пытаясь найти Кутузовку.

Той дороги, которая была обозначена на карте в компьютере, в природе не существовало, а местные жители при вопросе о Кутузовке только пожимали плечами.

Наконец, когда мы уже почти отчаялись, нам попался маленький старичок в болотных сапогах и большой, не по размеру, кепке.

— Кутузовка? — переспросил он. — А зачем вам этая самая Кутузовка запонадобилась?

— А на пиво хочешь? — поинтересовался вместо ответа Андрей.

— На пиво — это хорошо, — солидно кивнул дед, — только лучше бы на водку.

А то что это пиво — пьешь его, пьешь, а проку никакого!

Получив на водку, дед очень оживился и сообщил:

— Вы вот поезжайте по этой дороге, а потом сверните направо, там через лесок похуже дорожка будет, по ней с километр проедете и попадете на бетонку. Вот эта-то бетонка как раз в Кутузовку и ведет! Я-то раньше туда за клюквой ходил и за подосиновиками, а теперь там какие-то люди объявились…

— Что за люди? — как бы невзначай поинтересовался Андрей.

— А черт их знает, что они за люди, только больно сурьезные. Все оружием обвешаны, как эти… коммандо, — старик с гордостью выговорил иностранное слово, — в общем, не пускают они никого к себе. Я им говорю, что мне за подосиновиками надо, а они целиться начали. Только я не забоялся, обошел их слева от бетонки, там болотце маленькое, а через него тропиночка есть, около сломанной елки начинается, по той тропиночке я и прошел.