Страж Предела

Сначала вытягивается гликоген, запасенный в мышцах, потом — тот, что растворен в клетках печени… При этом даже подпитка продуктами с высоким гликемическим индексом не помогает, избыток глюкозы не оседает в мышцах и печени, а горит, как в топке, и вскоре снова наступает упадок сил, — Вихо увлекся и сбился на научную абракадабру. — То же самое происходит во время использования функций симбионта, или биокомпьютера, как его называет твой помощник. Поэтому в коконах бойцы проходили первичную обработку, и я уверен, что основным составляющим был именно ксеновирус! Он работает, как наноботы, которые подключаются к клеточным рецепторам, запускают процессы синтеза белка и углеводов, обеспечивая биокомпьютер энергией, перестраивают внутренние органы, настраивают их на определенный режим работы.

Благодаря этому, использование функций симбионта проходит безвредно и незаметно, а сам он способен управлять процессами, позволяя, таким образом, создавать новые связи, даря новые возможности твоему организму! И если у морфов все эти изменения проходят хаотично, случайно, то здесь все подчиняется строгой программе! Это вершина эволюции, Алтай! Ты сможешь развивать у себя те способности, которые нужны именно тебе! Ты — уникален! Благодаря невероятному стечению обстоятельств, подаривших тебе искусственный интеллект и биокомпьютер и позволивших встретиться со мной, ты станешь первым из новой расы! Сверхрасы, Алтай!

Профессор посмотрел на меня, нахмурился и отвернулся к компьютеру.

А я продолжил расшатывать фиксатор ремня на левой руке. Проклятье, угораздило же попасть в лапы к психу! Здесь вообще нормальные люди есть?

Нет, отсюда надо валить. Дерьмо, сам залез в самую задницу, черт, вот же везение! Нужно только дождаться, пока Вихо введет антидот. Иначе я действительно сдохну! Как же хреново-то, у-у-у-у…

— Восемьдесят восемь процентов. Боже, Алтай, ты весь горишь! Дальше, чем на девяносто процентов я никогда не заходил. Хотя хотелось бы. Чем выше процент распространения — тем активнее вирус, тем быстрее он формирует новые связи.

Очень интересно узнать, что будет, если довести процесс почти до конца… Но нельзя. Ты можешь погибнуть, а этого никак нельзя допускать! Ладно… — кажется, Вихо разговаривал сам с собой. Я же, пересиливая стук в висках, с трудом протискивая глотки кислорода в горящие легкие, продолжал свое занятие. И — странное дело! — несмотря на невероятную боль и дискомфорт во всем теле, одновременно я чувствовал себя на пике формы.