Страж Вьюги и я

Сам же, быстро застегнув куртку, из седельной сумки достал огромное, казалось, способное укутать всю Вьюгу, покрывало мышиного цвета. Тонкое, из пуха фурра, но при этом неимоверно теплое и мягкое.

Зачем-то обернув им поверх шубы, страж посадил меня боком в седло. Заняв место позади, одной рукой крепко обнял, второй взялся за поводья.

Не дожидаясь приказа, ньйор потрусил вперед.

Лучшего момента для разговора и не выберешь – пора прояснить ситуацию. Увы, забыла, что клятое зелье все еще действовало. А потребовать объяснений Фрост не догадался.

Совсем наоборот, отметив мою возню, он велел ультимативно:

Он женился. Зачем? Не скажет, даже если сама Тьма призовет к ответу.

Искал судьбоносную подсказку – и обрел супругу. Впервые в жизни принес пожертвование чужой богине – и отдал его за одежду испуганной девушки.

Еще несколько минут назад, спрятавшись в тени, он незамеченный наблюдал за разворачивающейся драмой.

Когда ранним утром в храм приносят спящую невесту, это не настораживает. Мало ли какие традиции или причуды у местных? Но когда к алтарю ведут вялую магичку, недавно пережившую предательство жениха, это вызывает вопросы.

И он вмешался единственно возможным способом на этом этапе ритуала.

Изольда Эйк. Пепельная блондинка с невероятно синими глазами. Латорийка, специалист по защитной магии с дипломом солидного университета, но при этом несдержанная и быстрая на решения. И как породил Север столь горячее сердце? Загадка.

Контроль еще силен, но в любой момент мог пойти трещинами.

В древних книгах говорится, что спонтанный поступок меняет судьбу. Что ж, вскоре он проверит, ошибались ли предки.

Темнота и тишина, казалось, длились всего мгновение. За ними пришли смех и тусклый свет.

– Фрост, ты никак человека везешь? – загрохотал совсем близко мужчина.

Солидный бас кажется знакомым. Людвайг?

Открыв глаза, я сонно уставилась на серое покрывало – вот зачем оно Фросту.

– Девку везет! Вон из куля торчит краешек подола! – поразился второй мужчина.

– Глыба, все так плохо в личной жизни? – Глумливый голос Йохана я узнала сразу, и остатки сна улетучились. – Ты себе бабенку похитил, чтобы согревала холодными ночами?

Любопытствующие стражи развеселились плоской шутке.

Смех стих. Кто-то закашлялся.

– Глыба, ты серьезно? – спросил Людвайг озадаченно.