Стрекоза в янтаре

Кладбищенские плиты представляли собой огромные куски серого гранита, поросшие вереском и лишайниками. Они высились среди травы и располагались по краю огромной пустоши. На каждом выбито одно имя. Буквы стерлись и порой были едва различимы: Магилливрей, Макдональд, Фрэзер, Грант, Чизхолм, Маккензи…

— Смотрите, — сказала Брианна почти шепотом и указала на один из камней.

Возле него лежала небольшая кучка серо-зеленых веточек, на них — несколько первых весенних цветков.

— Вереск, — объяснил Роджер. — Он более обычен здесь летом, в пору цветения.

Брианна, перебежав через тропинку, осторожно коснулась веточки пальцем.

— А кто приносит их сюда?

— Посетители. — Роджер последовал за ней. Увидел полустертые буквы на камне: «Фрэзер». — Обычно это потомки тех, кто здесь погиб. Или просто люди, которые не хотят забывать их.

Она взглянула на него; длинные волосы разметались по лицу.

— Да. Наверное, это выглядит несколько сентиментально, но приносил…

Брианна повернулась и стала рассматривать растения, окаймлявшие тропу.

— Покажите мне, где вереск, — попросила она.

На обратном пути меланхолия, навеянная посещением Куллодена, несколько развеялась, но чувство близости, возникшее у камня, осталось, и они болтали и смеялись, как старые добрые друзья.

— Жаль, что мама не смогла поехать с нами, — сказала Брианна, когда они свернули на улицу, где располагался пансион.

Несмотря на симпатию, испытываемую к Клэр, Роджер в глубине души не мог согласиться с девушкой. «Трое, — подумал он, — это уже целая толпа». Однако он пробормотал что-то в знак согласия и через минуту спросил:

— А как она себя чувствует? Надеюсь, ничего серьезного?

— О нет, небольшое расстройство желудка, так она, по крайней мере, сказала.

Брианна немного нахмурилась, обернулась к Роджеру и положила руку ему на колено. Он ощутил, как по ноге пробежала дрожь, и с трудом сосредоточился на словах Брианны.

— Думаю, что она в порядке. — Девушка тряхнула головой; даже в полумраке, царившем в машине, было видно, как отливают медью волны ее волос. — Не знаю, но она выглядит какой-то озабоченной. Не больной, нет, но, похоже, какая-то мысль ее терзает…

Сердце у Роджера екнуло.

— Гм… — буркнул он. — Может, просто тревожится, как там без нее на работе? Все будет в порядке, уверен.