Потому что совершенно не может сосредоточиться. Он не может прийти в себя, когда больше ничего для него не имеет значения.
Он не знал, почему позволил Кейт так глубоко себя ранить. Почему он по-прежнему так зол? Почему не может перестать об этом думать? Ему должно быть все равно, черт подери! Она станет его женой, но это все. Она не имеет для него значения.
Возвращение домой должно было отвлечь его и прочистить голову, а не все усугубить. Грегор не должен был с ней связываться. Он должен был выдать ее замуж и избавиться от нее, как и собирался.
У него есть дело, черт возьми! Король на него рассчитывает. Его друзья на него рассчитывают. Он их не подведет.
Грегор не может позволить себе потерять ясность мысли. Особенно, когда они так близки к цели. И это значит, что он должен выкинуть Кейт из головы навсегда. Он должен стать таким, каким был до того, как его обдурили.
Максорли и Макруайри уже возвращались обратно в бараки, когда Грегор вернулся на линию. Но Кэмпбелл его ждал.
Прославленный следопыт какое-то время молчал.
Он только смотрел на Грегора пронзительным, всепонимающим взглядом, от которого у последнего возникло ощущение, что первый видит его насквозь.
Неожиданно Кэмпбелл распрямился, почувствовав ее приближение еще до того, как Кейт завернула за угол. Его напарник может предчувствовать события. Это пригождалось им не однажды.
Один взгляд на ее отчаявшееся лицо дал Грегору понять, что она обнаружила, что он сделал. Он ожесточил свое глупое сердце, которое почувствовало укол не заслуженного ей раскаяния, и обернулся к своему напарнику.
– Чтобы между вами ни произошло, – сказал Кэмпбелл, – исправь это. Ты нам нужен.
Грегор мгновение удерживал взгляд друга, а затем решительно кивнул. Именно это он и собирается сделать.
Глава 21
Кейт едва поприветствовала Кэмпбелла и подошла к Грегору. Она смотрела только на него. Преследующий взгляд. Глаза, наполненные болью, осуждением и недоверием. Глаза, которые умоляли сказать, что она ошибается, что Грегор этого не сделал.
Она была натянута, как один из его луков, руки сжаты в крошечные кулаки, стройное тело все подобрано и напряжено.
– Где они?
Он не стал притворяться, что не понимает.
– Дети были возвращены в свои законные дома и семьи.
Ее кулаки сжались крепче, а губы побелели. Но именно пелена слез заставляла грудь сжиматься, а легкие – гореть. Кейт излучала спокойную ярость, Грегор видел ее обиду и боль и знал, как она близка к тому, чтобы потерять самообладание.
