– Ты отправил его назад к матери? Как ты мог? Кто знает, что она заставит его сделать в следующий раз?
Он сощурился.
– Так ты была в курсе махинаций мальчишки?
– Пип мне все рассказал, но ты ничего не понимаешь. Его мать заставила его сделать это, а потом угрожала, что заберет, если он не будет приносить ей деньги.
Являются ли ее слова правдой, не имело значения.
– Ты не имеешь на них никаких прав, Кейт. Ни на одного из них. Они не твои.
– Я люблю их. И может, для тебя это ничего не значит, но для меня это все.
– Да, я знаю, чего именно стоит твоя любовь. – Грегор не скрывал сарказма. – Тебе, может, и удалось заставить меня жениться, но я не собираюсь забирать детей из их семей, чтобы удовлетворить какие-то детские фантазии об идеальной семье.
Он мог бы с таким же успехом ударить Кейт, настолько сильным оказался болевой шок. Но она не сломалась и не зарыдала. Она просто стояла и смотрела на него, но тишина отчего-то была вызывающей и укоризненной одновременно.
– Я не заманивала тебя, Грегор.
Я не посылала за Джоном.
– Значит, мой брат лжет?
Она покачала головой.
– Я этого не сказала. Но я не посылала Пипа за ним. Я не знаю, почему он пошел.
– Это очень удобно, что Пипа с нами нет, чтобы все объяснить.
Ее щеки сердито вспыхнули.
– И кто в этом виноват?
Они смотрели друг на друга в холодном прозрачном свете дня, и эмоции опасно сворачивались между ними. И что-то еще. Что-то еще, что Грегор не желал принимать. Яростное, безумное влечение, которое не разбирает, где любовь, а где ненависть.
Оно вспыхивало и потрескивало между ними. Грегор все равно ее хотел. Так сильно, что у него руки чесались обнять ее и прижать к себе. Получить ее. Наказать ее за то, что заставила его поверить ей, как последнего дурака. Как Кейт могла так поступить?
Он почти ненавидел ее за это. Грегор распрямился. Собрался.
– Значит, факт, что я проснулся и не обнаружил тебя рядом, а потом вдруг в твою комнату заявилась толпа, – простое совпадение?
Кейт выдержала его взгляд и не отвернулась.
– Да.
Он ничего не сказал, но стиснул челюсти до боли в зубах.
– Я прошу тебя поверить мне, Грегор. Хоть немного мне доверять. Я говорю правду.
Он сомневался. Какое-то долгое мгновение он действительно сомневался. Она говорила так искренне. Он повторял разговор в голове, слышал ее слабые возражения вперемежку с виной, слышал ее похвальбы и проклятые слова, слышал подтверждения Джона.
Глядя на Кейт, Грегор мог поклясться, что ее просьба искренняя.
