Есть что ему предложить? Эта девчонка хоть представляет, чего ему стоило отстраниться? Как прикосновение ее груди раскалило нервные окончания, о существовании которых он даже не подозревал? Как его кожа натянулась, кровь закипела, а член набухал, пока не заколотил по его животу от желания, какого он не испытывал с тех пор, как был в ее возрасте? Как ему хочется прижать ее к стене барака и дать то, о чем она просит, и, вероятно, намного больше?
Нет, понял он, глядя в заблестевшие глаза. Совершенно нет.
Не имеет никакого чертова представления. Кейт была невинна, мила и, что бы он там ни говорил, лишена всякого женского коварства и уловок.
Грегор был бы рад, что она пребывает в таком неведении, если бы не слезы. Слезы, которые она старается скрыть. Слезы, говорившие, что он сделал ей очень больно и угодил в уязвимое место. Вся эта женская самоуверенность была представлением. Платье, прическа, прекрасная хозяйка замка – Кейт впервые пробовала быть женственной. Стоило только взглянуть на нее сейчас и увидеть, как комфортно она себя ощущает в крестьянских лохмотьях на тренировочном поле, чтобы понять, что прикидываться леди ей далось нелегко.
Так же как он понял, что позволить ей считать себя нежеланной, – значит раздавить ее женскую гордость в прах."
"Если бы он был честен с собой – а он не желал этого делать, черт побери, – то признал бы, что эгоистично хочет быть первым, кто ее поцелует. Осознание того, как близок был его брат к тому, чтобы поцеловать ее, и одна мысль об этом зрелище почти довела его до безумия, наполнила совершенно новым чувством – ревностью.
Даже когда Грегор возвратился в Данлион и увидел женщину, на которой собирался жениться, рядом с братом, он такого не чувствовал. Это был скорее шок – а потом задетая гордость и позор, когда он понял, что Изабел его использовала. Возможно, он, как никто другой, понимал, насколько хрупкой может быть гордость молодого человека или девушки.
Грегор расправил плечи, словно готовясь к битве, и взглянул на повернутое к нему веснушчатое и чумазое лицо.
Один поцелуй, велел он себе. Он в состоянии справиться с одним поцелуем ради ее уверенности.
– Пойди сюда, Кейт.
Это прозвучало так грубо, что Кейт настороженно уставилась на него.
– Зачем?
Он не ответил, но продолжал удерживать ее взгляд. Нервно прикусив губу, она подошла ближе.
– Что тебе надо?
Согнутым пальцем он запрокинул ее подбородок и посмотрел в глаза.
