И что интересно – с виду у бугаев и оружия видно не было, где они его прячут – в рукавах, что ли? Я понял, что король не хвастал, когда сказал, что воины умелые. Не хотел бы я быть их врагом. Больше происшествий не было, на постоялом дворе дед помалкивал об увиденном, но ехать ему явно стало спокойнее. Правда, к бугаям он близко не подходил, в глазах плескался страх, передо мной гнулся в три погибели, считая их моими слугами. Но вот вдали показались дымы, начали попадаться попутные и встречные сани, дорога была усеяна конским навозом.
Москва! В городе я показывал дорогу, вот и мой Петроверигский переулок, дом. Бугаи легко сняли с саней сундук, следом за мной внесли его в дом, поклонились и вышли. Я бросился за ними:
– Покушайте, отдохните хоть ночь, завтра назад.
Но бугаи отмахнулись, уселись в сани. Я заплатил деду обещанные деньги и еще столько же – за обратную дорогу. Бугаи довольно улыбнулись, кивнули на прощание, и сани тронулись. Интересные мужики, я стоял на дороге и вспоминал – а слышал ли я их голоса? Или они немые? Да нет, вроде между собой иногда переговаривались.
Вернувшись в дом, застал растерянных домочадцев – хозяин и муж вернулся, тут же убежал и стоит на дороге. Я обнял Настю, Мишу – большой уж стал, пора к делу пристраивать, поздоровался с Сидором. Вдвоем, пыхтя, притащили сундук из коридора в ближайшую комнату – это оказалась трапезная. Челядь с интересом уставилась на сундук, но я их спровадил, не тот случай. Остались Настя, Миша и Сидор.
Открыл сундук, и все ахнули. В чаше тускло светилось серебро, как рыбья чешуя. Я запустил руку и устроил водопад из монет. Знаком показал Сидору, мы взялись за чашу и поставили на стол. Настя заохала, стала ходить вокруг стола, разглядывая чашу со всех сторон. Работа была изящной, по серебру вчеканено золото, причем с большим вкусом. Картины очень реально изображали сцены охоты, было их всего четыре. Охотники, как можно было догадаться, были викинги – бородатые, с прямыми мечами и рогатинами.
Вокруг чаши, по ободку, тянулась непонятная надпись, похоже на древние руны. Чем больше мы рассматривали чашу, тем больше открывалось деталей. Только более-менее рассмотрев чашу, я понял, насколько велика ее цена. Думаю, что она стоила дороже серебра, что было в ней. Монеты ссыпали в кожаные мешочки и унесли в мой кабинет, поразмыслив, – чашу тоже. Накрыли стол, мы в том же составе уселись, не спеша кушали, мы с Сидором выпили водочки.
