Стриптизёр

Где-то не перезванивали, где-то дня через два говорили в трубку, что не подхожу им. На резюме в интернете был короткий ответ: «Извините, вы нам не подходите». Ну, Женя, ну, козёл! Сделал так, что я в родном городе разве что дворником устроюсь. Ну, или подъезды мыть, как бабушка когда-то. Короче, мытарствовал я по разным фирмам почти две недели. Даже продавцом в супермаркет устроиться пытался. Но там тоже своя служба безопасности. Мне сказали, перезвонят. Надеюсь, хоть тут Бобков не будет пальца в колёса вставлять.

Продавец не такая уж завидная должность для чела с высшим образованием. Вышел из отдела кадров этой сети магазинов и поплёлся домой. Сегодня пятница, значит, ждать звонка не раньше, чем на следующей неделе. Засада полная. Неожиданно в кармане голосом Масяни завопил мобильный. Я посмотрел на экран, номер неизвестный.

— Здравствуйте. Это я с Максимом Дубовым говорю? — спросил женский голос.

— Здравствуйте. Да. В чём дело? — насторожился я.

— Понимаете, я Валентина Ивановна, соседка вашей мамы, Зои Дубовой из деревни Ромашкино.

Это же ваша мама?

— Да, она моя мать. Что случилось? — показалось, что сердце чуть не к горлу подпрыгнуло.

— Дело в том, что ваша мама и Игорь, пили две недели страшно. Она всё мать свою поминала. А вчера их дом сгорел. Хорошо хоть ветра не было, и на другие дома не перекинулось. Пожарные говорят, уснули с непотушенной сигаретой. Приезжайте останки забирать. А вообще, у нас в районе будет в два раза дешевле похоронить, чем в городе. Сочувствую вам.

Сейчас вышлю свой адрес по смс. Завтра я дома.

— Спасибо, что позвонили. Я завтра с утра буду, — буркнул я и отклонил вызов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Как раз шёл по парку, поэтому сел на ближайшую лавку. Сердце, то колотилось, то замирало. Хотелось выть белугой. Видимо выглядел не очень. Потому что одна женщина подошла и спросила, не плохо ли мне.

— Плохо, сердце болит, — так и сказал.

Сердце действительно расшалилось, в этом я не соврал.

Сердобольная дама сунула мне в руку таблетку валидола и пошла своей дорогой. Я положил лекарство под язык. И вот за что такое наказание? Сначала бабушка, теперь мама. Придётся хоронить её на ту пенсию, что я получил по наследству. Ах, мама. А ведь бабуля говорила, что твоя пьянка добром не кончится. Сидел на лавке как дурак и тихо плакал. Не выдержал. Моя чёрная полоса в жизни уж слишком насыщенного цвета. Это беспросветная тьма.