Строгий режим

Поступки за ним есть… — Протас хотел сказать «гадские», но осёкся, не зная точно какие поступки попадают под такое определение и сказал по-своему, — некрасивые, можно даже сказать неприемлемые в наших кругах.

— Это серьёзные обвинения, Паха, — сказал ещё один более-менее грамотный его сокамерник Тёплый, — тут надо всё конкретно обосновать. Сможешь доказать то, что сейчас сказал, на стрелке?

— Так ещё бы! Это не с чужих слов, — убедительно ответил Протас, — это со мной лично было. Это по отношению ко мне у Соломы поступок был…

— А какой, Паха? — спросил Спасской.

— Вы, кстати, сами свидетели почти этого поступка, — начал Протас. — Помните, он приходил к нам, деньги ещё нужны ему были на откуп? Ну так вот… Тогда ж только я ему денег пообещал подкинуть, он ещё говорил, век не забуду и всё такое. Так же было? Ну вот… А я тогда попросил за девчонкой моей присмотреть, чтоб её там не порвали. Помните же?

— Ну-да, — кивали головой все.

— Ну так он и присмотрел, — со злобой процедил Протас. — Сам её приватизировал за моей спиной, пользуясь тем, что я до неё добраться не могу, а сам прямо в хату к ней, бля, заходит.

— Ни х…я, — покачал недоумённо головой Тёплый. Остальные даже сказать ничего не смогли, но вид у них был такой же.

— Вот вам и ни х…я, — процедил сквозь зубы Протас. — И чё, как сами считаете? Приемлемы такие поступки в наших кругах?

— А ты денег ему загнал уже?

— А ты точно это знаешь, что он её оприходовал? — стали засыпать его вопросами пришедшие в себя сокамерники.

— Засадил или нет, не знаю, — ответил Протас, — но то, что уже крутит с ней это точно, подруга её сказала. Да он и не станет отпираться от очевидного, если ему подвести.

— А подводить кто будет, Паха? — рассудительно спросил Спасской. — Ты уверен, что сможешь вывезти эту тему? Солома-то повидал, бля, в этой жизни, к тому же он в авторитете…

— Да, он-то, как говорится, Крым и рым уже прошёл, — подтвердил Тёплый. — Он тебя может перекусить по базару…

— Так я про что вам и толкую, — поднял палец Протас, — надо вместе подумать, кого мы можем рекомендовать хозяину смотрящим.

— А почему кроме Вагита? — спросил Тёплый, передавая кружку с чаем дальше.

— Да потому что он Соломе в рот смотрит.

— Ничё подобного, — воспротивился Тёплый.