Строгий режим

 — Телевизор я забираю, его вам давали, когда вы вели себя хорошо… на время давали…

Он молча выдернул антенну и стал скручивать провода. Сказав первую пришедшую на ум причину, он всё же почувствовал большую неловкость под женскими взглядами и ему стало стыдно.

— Это вообще-то подарок был, — произнесла Коса, с тоской глядя на телевизор, но не решаясь отстаивать его более решительно.

— Кто вам такое сказал? — спросил он, не решаясь посмотреть на неё, но зная, что после сегодняшнего у Косы можно отобрать без боя даже её сменные трусы.

— Ольга, — всё так же неуверенно ответила Коса, не решаясь вступить с опером в спор. В другое время она телевизор бы, конечно, так просто не отдала. Но сегодня она и так ждала ещё каких-либо последствий, кроме раскидывания хаты, а потому вела себя тихо.

— И вы поверили ей? — спросил Шаповалов даже с какой-то иронией в голосе, но пока выходил так и не смог поднять глаза не девушек. И лишь оказавшись за дверью, он облегчённо вздохнул и подумал, что сегодня, наверное, всё-таки сможет уснуть.

— Так и писать, Виталь? — спросил Голован, которому Бандера поручил сплести из нейлоновых ниток красивую подарочную ручку.

— Так и пиши, — утвердительно кивнул головой Бандера, теребя в руках пушистые мягкие шарики, которые будут прикрепляться на блестящих нитках к наконечнику этой ручки. Больших возможностей сделать кому-то подарок в тюрьме арестанты не имели. Красивые нарды и другой ширпотреб с лагерей завозился редко, поэтому здесь на дни рождения и прочие праздники заключённые дарили друг другу всякую мелочь.

Кто-то разрисовывал открытки, оформляя их красивой надписью, кто-то имел возможность сделать или заказать мундштук или ещё что-то из мелкого ширпотреба, что можно было сделать без заводских станков и прочего тяжёлого оборудования. В основном в подарки делали красивые носовые платки, ручки и искусно оформленные блокноты. Многие ограничивались посланием куска хорошего мыла или ещё чего-нибудь из предметов гигиены. А кто-то не имел и такой возможности. Фирменную одежду дарили друг другу редко, так как её можно было поменять у холопов на водку или даже наркотики, что никак не возьмёшь за мыло или зубную пасту. Поэтому хорошие шмотки все матёрые уголовники берегли и даже собирали, выкруживая их у слабых или выигрывая у кого-то, или даже друг у друга. Вещи — это была та единственная твёрдая валюта, которую не нужно было ни от кого прятать и которая пригодится везде.