Строгий режим

Понял он так же и то, что этим людям он совсем не интересен и места ему никто не выделит, что ему предоставили самому устраиваться в этой части камеры, где на одну шконку было по четыре и даже по пять человек.

Он продолжал слоняться из стороны в сторону возле двери, пока движение возле стола не рассосалось и заключённые не сели пить чай. Тогда он вернулся на своё место возле стола и присел на корточки. Запах ароматного чая, распространившийся по камере, вызвал у него аппетит и только сейчас он вспомнил, что уже больше суток ничего не ел.

Юрий задумался о том, что делать дальше, ведь у него даже нет чашки и ложки, чтобы поесть хотя бы то, что здесь дают. А помимо этого ещё и спать где-то надо, ведь он не только не ел сутки, но и не спал. И хоть глаза ещё не слипались, он понимал, что это уже скоро случится.

Юра оглядел всех заключённых этой половины камеры. Они уже попили чай и занимались своими делами. Кто-то что-то клеил из бумаги, кто-то затачивал мелкой наждачкой что-то похожее на колоду карт.

Один почему-то стоял, как столб, прямо перед дверью и тупо пялился на глазок в двери. Разрисованный Потап и ещё двое плели что-то из клубка вязальных ниток, привязав к двум конца сложенного в несколько раз длинного отрезка ниток кружки. Юра вспомнил, что Олег говорил ему про верёвочные дороги, которые плетут здесь из распущенных свитеров и других ниток, так же он говорил и про то, что тюрьма живёт ночью. Но если эту ночь Юра ещё переживет как-нибудь, то к утру точно срубится. Он ещё раз оглядел всех, пытаясь вспомнить, кто где спал и уже начал выбирать, к кому подойти. Его опередил один из вязальщиков, который спал до этого на шконке с Потапом и подошёл к нему первым.

— Тебя как зовут? — спросил он Юру и, получив ответ, сказал: — Меня Вано зовут. Помоги, нужно подержать тут просто.

Юра встал и Вано повёл его в конец камеры, к окну. Они оба разулись и Вано поставил его возле самой батареи, надев ему на согнутый палец несколько ниток.

— Держи, — сказал он и провёл рукой по двум конца этих нитей, тянущихся от Юриного пальца, зажавшего их посередине, и до самых дверей, где к обоим концам этих нитей Потап и его помощник привязали за ручки кружки. Когда Вано дошел до них, ведя рукой по ниткам, те начали бить по висящим кружкам сложенными полотенцами и те начали быстро, как детский волчок, крутиться.

Витяй сидел на шконке в шаге от Юрия и что-то писал, держа тетрадь на коленях.