Строгий режим

— Слышь, командир, — сказал он просящим тоном. — Помоги девку найти, Ольгу Шеляеву. В какой хате она сидит?

— Не-е, это не ко мне, — спокойно ответил дубак. — Мне кто такую информацию даст? Да и в спецчасти уже никого нет, сёдня ж пятница.

Солома махнул на него рукой и в негодовании заходил по камере. Он понимал, что этот дубак просто боится, что его кто-нибудь застучит. А на другом корпусе, где женские камеры были ещё и на очень неудобной стороне, сегодня дежурила такая смена, которая не даст сделать словесный прогон ни через продол, ни через улицу.

А если Протас просит её найти и помочь, значит на их новом корпусе, где располагалась женская больничная камера, её нет. Выходило, что чтобы решить этот вопрос, нужно было ждать вечера, когда наладят дороги между корпусами. Потому что утром дубаки оборвали ещё и контрольку, на которой в особо остром случае можно было послать письменный прогон туда, и вечером трассовым хатам придётся сдавливаться по новой.

«Понадеялся на этого кума, ублюдка, — зло думал Солома, — лучше б утром подкричали туда, пока там смена не такая козлячья была…»

Протас ходил по хате и с нетерпением ожидал ужина. Баланда ему, естественно, была не нужна, он ожидал ответа от Соломы по поводу Ольги.

Молодая соседка по подъезду нравилась ему уже давно. Каждый раз при встрече мило улыбалась ему и здоровалась, но он вёл себя сдержанно и не приставал к ней. Как-никак её мать была подругой его жены и с ним общалась тоже.

Когда Ольга со своим семейством переехала в их дом и он впервые увидел в своём подъезде красивую молодую девушку, он сразу перефразировал слова известной песни и, проходя мимо неё весело пропел: «В нашем доме поселилась замечательная соседка». Она в это время возилась с дверным замком и, повернувшись, мило улыбнулась ему в ответ.

В свои сорок пять предприниматель Павел Протасов был большим охотником до молодых девушек. Он много занимался спортом и был в прекрасной форме, что позволяло ему добиваться больших успехов на этом поприще.

Друзья говорили ему, что секрет его успеха кроется не в его умении обольщать девушек, а просто в его кошельке. Потому что с наступлением рыночной экономики девушки-красавицы выбирали себе мужчин по принципу не кто милее, а кто больше может дать. Но Павел был слишком высокого о себе мнения, чтобы слушать подобные высказывания.