Строптивая для Тёмного лорда (СИ)

Поэтому принц так спешит со свадьбой.

- И поэтому он решил пригласить всех правителей соседних и более дальних государств, - задумчиво пробормотал император, - чтобы высокородные свидетели могли подтвердить, что его дочь на самом деле вышла замуж, и была девушкой.

- А после брачной ночи, даже если супруг поймёт, что его обманули, - наставник махнул рукой, - будет уже поздно – брак скреплён.

- Ничего он не поймёт. Вы же все читали манускрипт, - добавила веда, – и должны помнить, что для жениха это дорога в один конец.

Родовой дар правящего дома Замнии сначала приманивает выбранного мужчину, показывая наиболее привлекательный для него женский образ. Каким-то образом магия проникает в мужское подсознание и вытаскивает оттуда картинку идеальной женщины. И несчастный видит перед собой живое воплощение мечты.

Не удивительно, что он теряет осторожность, влюбляется и едва не бегом бежит на обряд. Дальше уже брачная магия связывает его с девушкой нерасторжимыми узами, а брачная ночь закрепляет привязку, превращая новоиспечённого мужа в послушную куклу.

Думаю, никому не надо объяснять, что ждёт империю, если Первый советник станет марионеткой принцессы Замнии?

- Не удивительно, что вся информация об этом даре тщательно скрывается, - пробормотал Томиниус. – Страшно представить, что было бы, не найди леди Юлика этот манускрипт!

- Предваряя следующий вопрос, - Ариана кивнула мэтру, – в остальном Даира полностью здорова и не беременна. Но я обнаружила ещё один нюанс – её источник прочно связан с другим источником.

Я видела нить, но побоялась слишком углубляться. В любом случае, не важно, кто стал любовником принцессы, важно, что он оказался её магической ровней. И теперь она сможет зачать только от него.

 Император нахмурился, но ничего не сказал. Лишь жестом попросил маркизу продолжать.

- Я уверена, что принц тоже это знал и собирался включить этого мужчину в свиту дочери – в качестве телохранителя или ещё кого-то, на первый взгляд, незначительного. Пока зачарованный замнийской магией герцог будет петь молодой жене серенады и сдувать с неё пылинки, та продолжит общение со своим связанным.

И рано или поздно осчастливит герцога «наследником». Проверять родство младенца мужу в голову не придёт, ведь он так любит жену!

- Кошмар, - резюмировала Юлия.

«Потерять себя, как личность, превратиться в марионетку жены, ещё и детей растить чужих – такого и врагу не пожелаешь! А герцог хоть и мерзавец, но мерзавец обаятельный и не такой уж конченый».