— Ну что, мы сейчас будем ссориться из-за этого? — заметно, что подбирает слова. — Косяк, признаю. У меня, кроме тебя, никого нет, — он оправдывается. Это многого стоит, но я пока не готова отпустить ситуацию.
— Скажи еще, что ты не помнишь, кто она такая?
— Вообще-то помню, — я резко оборачиваюсь и хищно прищуриваюсь, он поднимает руки:
— Оу. Но радости мне это не доставляет. В смысле, не так много женщин решились бы на столь смелый поступок, — пытается свести все в шутку. — Поэтому догадываюсь.
— Весело тебе жилось.
— Сейчас веселее, — он улыбается, вместо того, чтобы мучиться.
— Рада, что конкурирую.
Его план по быстрому примирению проваливается и Демин недовольно сжимает губы. Ищет по полкам кофе, потом турку. Я не выдерживаю, открываю ящики, показываю, где что лежит. Неужели так трудно запомнить? Все это молча.
— Давай я отвезу тебя в офис, раз уж проснулся. Вечером заберу, мы где-нибудь поужинаем. Хочешь?
— Спасибо, сама доеду.
— То есть мириться ты не намерена? Я завтра уезжаю на три дня, не забыла?
— А это должно что-то кардинально сейчас изменить?
— Ясно, подождем, пока ты остынешь.
Вот это он произносит напрасно, потому что остывать я не собираюсь, особенно после этих слов.
— Демин, за тобой офигеть какой косяк! Давай сейчас не будем делать вид, что проблема во мне и мне просто нужно остыть! Я и так очень сильно стараюсь быть для тебя удобной.
— В смысле удобной? В смысле стараешься? — теперь он тоже скрещивает руки. Я его все-таки зацепила.
"
"— Твоя мама прямо говорит, что ей не хватает Марии, может быть, твоя бывшая легко относилась к подобным утренним приветам?
— Так, стоп. Причем здесь мама? Что конкретно она тебе сказала? И давай не будем больше трогать Машку. Лично тебе она ничего плохого не сделала, но который раз у тебя портится настроение из-за одного факта ее существования. Мне это уже начинает надоедать.
— Так может, это от нее фото на память?
— Она бы никогда так не поступила, — отвечает мне.
Небольшой укол ревности, и меня опять несет:
— Что же вы тогда разошлись, если она такая умница и молодец?
— Ты уже спрашивала.
— А ты не ответил.
— Блин, Яна! Что тебе наговорила моя мать? Я ей прямым текстом сказал — не вмешиваться. Она все равно, да? — он выглядит крайне расстроенным. Меня начинает тревожить его реакция. — Я сегодня же заеду к ней.
— Лучше не надо, я и так ей не нравлюсь, а теперь, когда наябедничала… и подавно.
