— Посмотрим, кому ты нужен будешь со своей службой, когда снова один останешься.
— Поматросит и бросит, ага. Ты меня поняла?
— Поняла, — обиженно поджимает губы.
— У Инки сейчас муж на севере хорошо зарабатывает. Тем более, я же совсем не отказываюсь, буду подкидывать по мере возможности, просто не так, как раньше. Но ты сама знаешь, я только-только восстановился в должности. Мам, ну что ты плачешь? У Инны семья, я тоже хочу.
— Мы — твоя семья, — всхлипывает. — Я, Инна, племянники твои. Ничуть не меньше, чем она.
— Да как ты не поймешь! Влюбился я в нее. Сам не ожидал. А вдруг что получится? В какое ты меня положение ставишь сейчас? Мне же тоже одиноко, мотаюсь, мотаюсь по полигонам, мужики вечерами на телефонах с женами, а я вечно один, сколько себя помню.
— А Машка…
— А при имени «Машка» у меня нервный тик уже начинается, — я обнимаю ее за плечи, она смеется сквозь слезы, тоже обнимает меня, хлопает по спине: — Тебя я не брошу в любом случае. Но если узнаю, что ты опять Инке все деньги перевела, а сама без копейки сидишь — лимит в два раза урежу.
Последнее предупреждение. И палки в колеса мне не ставь. Что понятно, что не понятно?
— Давай, угрожай матери, — это она с показушной обидой, настроена на примирение. — Все понятно, — сама улыбается.
— Мне пора, завтра уезжаю, собраться еще надо и выспаться.
— Яне привет!
Выразительно смотрю на нее, она показывает жестом, будто застегивает рот на молнию.
— Передам.
* * *Весь вечер Яна в вотсаппе — онлайн, я тоже — онлайн. Она, видимо, с кем-то чатится, я проверяю ее статус.
Друг с другом молчим, как два барана. Зато я мелкие ремонтные работы почти доделал. Если в ссоре, никогда первая не напишет. Измором брать бесполезно.
В шесть утра мы в составе десяти человек уже на вокзале, садимся в поезд, зеваем. Делать в дороге нечего, смотрю в окно, параллельно пишу ей: «Счастливого пути, Рома».
«Доброе утро, Яночка», — отвечает мгновенно. Читаю ее статус, который типа не для меня был написан: «Не спала всю ночь, скорее бы выходные!»
«Я тоже неважно спал сегодня», — присылаю следом.
Она: «Волновался перед дорогой?»
Я: «Нет, я никогда не волнуюсь перед дорогой. Одному непривычно».
Она: «А, понятно».
Считаю до десяти и обратно. И так три раза. Ближе к концу дня уже с полигона присылаю ей несколько фотографий, где в полном обмундировании, с оружием, по уши в грязи после полосы препятствий. Восхищается: «Очень круто!»
Пишу: «Ты обещала мне фоточки, чтобы не скучно было в командировке».
