Это неизбежно, заманчиво, но вместе с тем — тревожно. Он порядочный, я практически уверена, что сделает мне предложение, на которое я отвечу согласием. Мы подадим заявление и начнем думать, где теперь будем жить. В моей или его квартире? Нам нужна детская или хотя бы место, куда поставить кроватку. Вдруг он не захочет переезжать ко мне, а у него лифт не ходит до десятого, и как я с коляской? Нам предстоит решить такое огромное количество вопросов, что мне немного страшно! А затем мелькает мысль — вдруг не сделает? Он уже был женат, что если не захочет ставить второй штамп в паспорт? Предложит просто жить вместе, что в общем-то тоже неплохо, если рассуждать рационально, но вряд ли я смогу чувствовать себя при этом счастливой.
Меня страшат оба варианта, мне нужно совсем немного времени. Я обязательно скажу ему завтра. Или в понедельник. Сначала только как следует высплюсь.
Глава 43
Дёмин
Янка ведет себя довольно странно, но списываю подозрительное поведение на переживания из-за отца. Бывает, ловлю ее на том, что смотрит на меня.
Молча. Долго. Спрашиваю: «Что?» Улыбается и отворачивается. Ладно, непросто ей приходится, но, на удивление, девушка отлично держится. Все-таки она — куколка: впечатлительная, ранимая, честная, — ей обязательно нужно сделать все правильно. Возможно, этим она меня зацепила в том числе. Простила мне разрывы с другими женщинами (да неужели?), теперь можно двигаться дальше.
Она ведь отдает себе отчет в том, что мы не предохраняемся? Вообще. С ней в постели совсем другие эмоции, с первого дня хотелось без резинки.
Как бы по-простому объяснить? Если случится незапланированная беременность, я не стану употреблять слово «залет», и никто не станет, уж я об этом позабочусь. Оно неподходящее, оно про навешанные обязательства.
Эта женщина будет жить со мной, будет любить меня, будет считать себя моей настолько, насколько только один человек может принадлежать другому. Я сделаю все необходимое и даже больше, чтобы она продолжала вот так смотреть на меня: с обожанием и восхищением.
Кончать со мной ярко, красиво, как той ночью, когда чуть не съел ее в момент экстаза, как конфету. Она будет смеяться, остро шутить, писать мне сообщения, которые никогда не надоедят. Я хочу заботиться именно о ней. Возможно, поэтому испытываю небывалое удовлетворение, наполняя ее собой снова и снова. Каждый раз что-то во мне отзывается потребностью кончить именно в нее, сделать до конца своей. То самое ощущение правильности. Чтобы ждала меня дома.
