Шикарно выглядишь, — поднимается с места и делает два шага навстречу. Сегодня он снова в джинсах и тонком светлом пуловере, подчеркивающем достоинства фигуры.
В ответ на комплимент я закрываю дверь на защелку и подхожу к нему вплотную, кладу ладони на его грудь, перебираю пальцами. Он не теряется, тут же обнимает в ответ, прижимает к себе да так внезапно и жадно, что мои колени слабеют. Понимаю, что у него уже эрекция, а мы ведь только увиделись:
— Говори честно, скучал? — флиртую с ним.
Он бросает взгляд на окно, убеждается, что нас никто не может увидеть, после чего сразу начинает расстегивать пуговицы на моей блузке.
"
"— Зря дразнишь меня, — все еще улыбается. Склоняется и целует, в этот раз с языком, не церемонясь. Мои руки гладят его по затылку, поощряя. Середина дня, иногда я закрываю кабинет, когда ухожу надолго. Если кто-то постучит, а я не открою, они подумают, что я ушла обедать…
Простыми ласками мы мгновенно доводим друг друга до того состояния, в котором прошлый раз расстались.
Я просто не могу остановиться. Не могу остановить его. Вместо этого лишь теснее к себе прижимаю, когда ласкает губы, направляю его, показывая, что хочу шею. Он тут же целует шею. И это его частое дыхание, от которого мое собственное рвется… Мои пальцы уже забрались под его пуловер, гладят грудь и плоский живот. Он снова и снова целует мои плечи, мои ключицы. Мы как-то неуклюже облокачиваемся на стол, он крепко меня держит и, стягивая лямочку бюстгальтера, склоняется к груди.
Горячий язык касается соска, и я могу лишь дышать, прикрывая глаза от удовольствия, да ерошить короткие волосы на его затылке.
Его руки облапали меня всю, я прошу его вернуться к губам, наслаждаюсь его вкусом и граничащей с грубостью нежностью.
— Вижу, что скучал, Рома, — я хочу, чтобы он произнес это вслух. — Можешь даже не отвечать, — сама себе противоречу.
— Очень, — честно признается: — Янка, ты пока не знаешь, но я мнительный до психоза, ночью думал, что тебя вчера… чуть не потерял тебя вчера.
Я в тебя просто… с пол-оборота. А мог не узнать и без всего этого… остаться, — он стягивает мои волосы, накручивает на кулак, немного больно, но не слишком. Я бы даже сказала, что приятно. Он тянет, заставляя меня поднять лицо и посмотреть ему в глаза. Он хмурится, смотрит серьезно: — Я много чего видел, но давно так сильно не пугался.
Мне нравится эта грубость.
