Они за прошлый год «вытащили» миллионов семьдесят, и все это на Петьке сейчас. У него, естественно нет таких денег и не было никогда.
— Какой ужас, — щеки начинают полыхать. — Я позвоню отцу, конечно. Ты его видел?
— Нет, каким образом? Он в СИЗО. Только сегодня днем ему дали позвонить матери, она вот только догадалась связаться со мной. Они там даже пикнуть не успели. Только начался рабочий день, кофе-фигофе, как влетели эти, руки выкрутили и на пол, еще по морде дали пару раз. В общем, если ты сможешь помочь найти адвоката, то я твой должник.
Буду ждать. Роману привет.
Вызов завершился, я кладу телефон на колени и несколько секунд смотрю перед собой, не решаясь взглянуть на Демина. Мои глаза снова и снова наполняются слезами, несмотря на то, что я часто моргаю, прогоняя их. Я впадаю в какой-то ступор. В голове не укладывается, что Петька… наш веселый Петька… у которого все всегда было «на мази», деньги-бухло-девочки в неограниченных количествах, и который всегда смеялся над моими страхами правильной девочки: я ужасно боялась всякого криминала, даже квартплату ни разу не просрочила больше, чем на неделю.
— Что-то случилось? — спрашивает Рома. Я делаю глубокие вдох-выдох и поворачиваюсь к нему.
А ты не в курсе?
Глава 24
— Помнишь, я рассказывала, что Петр связался с какими-то важными дядьками и занимался для них отмыванием денег? В понедельник в их офис ворвалась полиция, изъяла документы, технику — все забрали. Его арестовали.
Я внимательно смотрю на Рому, он как всегда непроницаем.
— Ясно. Ну, этого стоило ожидать. Если они совсем охренели и тырили без меры — закономерный результат, — совершенно безразличным голосом. Мне даже показалось, с облегчением. «Коммандос» в черном. Спецназ.
— Он давно этим занимался. А взяли вот только сейчас, — произношу тихо.
— Всему свое время, — Рома заводит двигатель, включает дворники, чтобы убрать небольшое количество снега с лобового. Я молча слежу за движением стеклоочистителей. Туда-сюда, туда-сюда.
— После того, как я тебе рассказала, — четко произношу я, продолжая свою мысль. Он моментально поворачивает голову в мою сторону, и мы встречаемся глазами. Я не улыбаюсь, не позволяю ему подавить себя, как обычно это делаю. Смотрю прямо, даже с вызовом. Только вот моя нижняя челюсть слегка дрожит.
— Это ты сейчас к чему сказала? — ровно спрашивает Рома, продолжая буравить меня взглядом, тоже без улыбки.
— К тому. Вы повздорили. Он тебе угрожал.
