Периодически прокручиваю в голове разговор с его матерью. Прошлым вечером отправила ей несколько ссылок на подходящие ее фигуре платья с пояснениями, раскатала текст на пять сообщений, та ограничилась коротким ответом: «спасибо». Вроде бы и вежливо, и в то же время — равнодушно. Если с ним что-то случится, она будет винить меня. Господи, с ним ничего не должно случиться. Как жить-то потом?
Опять же, если я действительно беременная, можно попробовать воспользоваться этим рычагом давления на Демина, но отчего-то подозреваю, что это плохая, очень плохая идея.
Рома на смене. Вообще, у него довольно странный график работы. Как он объяснил ранее, СОБРы в каждом регионе работают по-своему, и вот нашим бойцам повезло меньше всех. Расписание — идиотское, но есть надежда, его однажды поменяют. Чаще всего он уходит рано утром, сутки сидит на вызовах, затем, без сна, остается на тренировки — ФИЗО, тактика, стрельба и т. д. в зависимости от дня недели. Вечером в шесть построение и по домам. Две ночи дома.
Но если в смену вызовов очень много, их отпускают с утра поспать часа на четыре. Спланировать выходные с таким графиком крайне проблематично.
Я стараюсь не накручивать себя на пустом месте. Раньше, до появления мобильных, женщинам было сложнее, сейчас можно в любой момент спросить смс-кой:
«Как дела?»
«Нормально, сидим, ждем свистка. Пива не хватает и орешков. Как ты?»
Он, конечно, никогда не пишет «работаю», — во-первых, не до меня в этот момент, во-вторых, чтобы не волновать.
Если рассказывает, то уже по факту.
Вечером я заезжаю к родителям Петра, сочувствую им и оставляю небольшой конвертик с деньгами. Мелочь, но вдруг пригодится? Потом забираю в «Крем-холле» заказ и направляюсь к отцу. Что-то не нравится он мне в последнее время. Сегодня, например, вообще уехал домой сразу после утренней планерки. Скорее бы уже мама вернулась из отпуска.
В прошлые выходные папа летал в Москву, встречался там с Пашей, вернулся, как и обычно, расстроенный. Мне не разрешают вмешиваться в отношения между отцом и сыном, но удержаться каждый раз все сложнее.
У нас с братом приличная разница в возрасте — пятнадцать лет. Он никогда не воспринимал меня всерьез, я для него — так, глупая малолетка. Павел родился, когда мои родители только поженились. Поначалу они жили скромно в крошечной комнатке в коммуналке и довольно долго даже не мечтали о втором ребенке. Когда же дела пошли в гору, у них несколько лет не получалось.
