Стыдные подвиги

Но ни одна даже самая мудреная наука не давалась студенту так трудно, как растяжка.

Он купил журнал, посвященный звездам Голливуда, и прочел, что Жан-Клод Ван Дамм, приходя в кабинеты продюсеров, сразу брал два стула, ставил на расстоянии полутора метров друг от друга, садился меж стульев на шпагат и в таком положении вел переговоры. Дембель Рубанов был скромнее Ван Дамма и не хотел быть кинозвездой — но очень хотел однажды взять два стула и повторить тот же трюк.

Ему снилось, что он раздвигает ноги — шире, еще шире, и еще, потом наклоняется, упирается руками и садится, и внутренние поверхности бедер касаются деревянного пола.

Есть было нечего, одежда стоила бешеных денег, развлечения молодежи сводились по большей части к распитию дешевого спирта, — любое самосовершенствование в таких условиях можно было считать чем-то вроде сублимации. Физкультура не требует расходов, иди в парк, в лес — и занимайся. Тощему было непонятно, почему столь простая мысль не выгоняет каждое утро миллионы русских людей в парки и леса.

К сожалению, на этот вопрос никто не мог дать ответа нашему герою.

Весной девяносто первого года к тощему пришел школьный друг.

— Говорят, — сказал он, — ты освоил джиу-джитсу.

— Карате-до, — поправил дембель.

— Знаю. «Пустая рука», да?

— «Путь пустой руки».

— Ага. Но джиу-джитсу звучит красивее. Я буду говорить всем, что ты мастер джиу-джитсу.

«Кому — всем?» — удивился про себя тощий и возразил:

— Мне далеко до мастера.

— Неважно, — серьезно сказал школьный друг. — Ты не живешь.

Ты готовишься жить. А тебе уже можно не готовиться. Ты готов, понимаешь? Ты прошел свой путь. Ты уже натренирован.

Дембель хотел возразить. Сказать: еще нет. А как же шпагат? Мне осталось всего восемь сантиметров!

Не сказал. Но утром не вышел на пробежку, проспал. И на тренировку не пошел. Полдня думал. По всему выходило, что друг прав.

Спустя три дня друг приехал уже на машине; смеясь, рассказал, что ночью у него украли «дворники», длинные резиново-металлические щетки, убирающие воду и грязь с лобового стекла.

Поехали в Москву, по пути начался дождь; остановившись на светофоре, друг вышел и сорвал «дворник» с машины, остановившейся рядом. Сел обратно — и уехал. Ограбленный гражданин не смог вовремя тронуться с места. Может быть, от возмущения перепутал педали. Либо испугался. В тот год молодые люди, подобные другу нашего тощего дембеля, появлялись все чаще, хотя уголовные слова «беспредел» или «беспредельщик» еще не вошли в активный оборот.