Суббота Воскресенского

Там жила у родственников, а мама вернулась в Челябинск к папе и сестре.

– Танцы – это пары без прыжков? – уточнил Дан, читая на ходу вывески.

– Да, – улыбнулась Женя, – танцы – это пары без прыжков. У нас своя специфика. Существует ритм-танец, когда объявляется короткая программа на сезон, например, вальс. И все показывают свой вальс. А на следующий год танго или латино. Мы переносим паркет на лед, – она посмотрела на Дана оценивающе. – Да ты спец. Вообще считается, что если не стал одиночником, то можешь попробовать себя в парном, а если и с парным не срослось, тогда дорога в танцы.

Типа, в танцы набирают бесперспективных, но это не так. У нас есть свои сложности – твизлы, передержанные по времени поддержки. На полсекунды больше положенного партнершу в воздухе задержал, и все – баллы сняли. А что такое полсекунды? Ты и ощутить их не можешь.

– Почему танцы – это Москва? – задал Дан очередной вопрос.

– Потому что Питер и Пермь считаются центрами парного катания, а в Москве лучшие специалисты по танцам.

Дан слушал очень внимательно. Никогда прежде Эжени не пускала его в свой мир, в свою прошлую жизнь, а тут рассказывала, и он не хотел ее останавливать.

За разговором они даже не заметили, как свернули с Невского.

– И вот, когда я здесь жила, то думала о том, что однажды у меня будут деньги и я обязательно пообедаю или поужинаю в «Беранже». Но… Представляешь, я даже зарезервировала там столик во время последнего моего чемпионата.

На день после соревнований, конечно… Травма помешала.

Некоторое время они шли молча, а потом, не сговариваясь, остановились перед табличкой «Комната Анны Павловой».

«Здесь можно согреться», – подумал Дан и спросил:

Внизу сидел толстый парень с тонкой косичкой на затылке. Он продавал билеты редким посетителям.

– На второй этаж поднимайтесь, – сказал парень, выбивая чек. – Комната сама небольшая, посмотрите другие залы, там любопытно.

Другие залы представляли собой арт-пространство, современные малопонятные полотна, проекции и инсталляции из папье-маше.

Наверное, в другое время на это было бы любопытно взглянуть и даже поумничать. Но не сейчас.

А вот комната Павловой оказалась очаровательной. Конечно, там не было ничего из вещей великой балерины, просто небольшая экспозиция, посвященная ей, но сделанная с таким вкусом и мастерством, что посетители сразу переносились в эпоху начала XX века.