По фруктам, пакетам с соком, журналам, книжкам и никому не нужным, но милым сердцу безделушкам. Ничего похожего в стерильной люксовой палате не наблюдалось. И девочка Диана выглядела несчастной.
– Болит? – Клим кивнул на ее ноги.
– По ночам сильно, а днем уже можно терпеть. – Она вымученно улыбнулась.
– А что врачи говорят?
– Говорят, что все скоро заживет, но следы от ожогов все равно останутся. На всю жизнь. – Она расплакалась, бедная маленькая девочка, которую намного больше пугает не боль, а то, что от ожогов останутся следы.
– А можно что-то сделать? – растерянно спросил Клим. – Мне кажется, пластические операции теперь не проблема. Были бы деньги…
Договорить ему не дал Виталик, больно ткнул локтем в бок, сказал с неискренней улыбкой:
– Ну, Диана, ты поправляйся, а нам пора.
При этих словах девочка совсем сникла.
– Но мы тебя завтра обязательно навестим, – неожиданно для самого себя выдал Клим. – Ты любишь шоколад?
Она кивнула, тылом ладошки вытерла слезы.
– Все, завтра будет тебе шоколад…
– Что ты меня пинаешь?! – набросился Клим на Виталика, как только они очутились в коридоре.
– Не надо было при ней про пластические операции, – зло сказал тот.
– Почему?
– Потому что у нее на операцию нет денег.
– А у ее продюсера?
– У нее и продюсера больше нет. – Виталик развел руками. – Кому охота возиться с искалеченной девочкой, когда вокруг полно молоденьких, здоровых, а главное, на все готовых дур?! – Он невесело улыбнулся."
"– Кто в таком случае за лечение платит? – осведомился Клим.
– Я.
– Ты?!
– Жалко же девчонку. Только вот на операцию у меня, к сожалению, средств нет.
Клим кивнул, спросил после долгого молчания:
– Ты меня сюда за этим привел? Ведь правда? Ты хочешь, чтобы я ей помог?
Виталик в ответ пожал плечами – понимай как знаешь.
– А ты пройдоха, – сказал Клим ворчливо.
– А ты не так плох, как кажешься. – Виталик улыбнулся.
Они заблудились: вместо того чтобы выйти в холл, очутились в пустынном коридоре с двумя рядами одинаковых стеклянных дверей.
У одной из дверей Клим вдруг остановился, точно за руку кто дернул. Там, за прозрачным стеклом, была палата, почти точная копия той, из которой они недавно вышли. Те же приятные глазу оливковые цвета, те же жалюзи на окнах, даже акварели на стенах были похожи. В общем, ничего особенного, если не считать мерно гудевшего аппарата для искусственного поддержания жизни. Клим сразу понял, что это такое, он видел похожие по телевизору.
